Клинок Падшего

Он-то понимал, что из весьма лаконичных слов Старейшины: «Осмотреть и охранять», первый приказ предназначался конкретно ему, как медику. Но как это объяснить трём наглым мордам, решившим, что осмотр носительницы относится и к ним, учёный не имел ни малейшего понятия. Тяжело вздохнув, Кирин-Рат вновь предпринял попытку высвободить руку девушки, которую она даже во сне упорно прятала под тяжёлый плащ, каким её заботливо укрыл наставник. Но в этот раз кисть послушно выскользнула из-под «одеяла», а Сина открыла глаза, заставив всех четверых вздрогнуть от неожиданности.

Ребята круглыми глазами смотрели на взиравшую на них девушку, и Сина с удивлением поняла, что они её боятся.

— Доброе утро, — не до конца отвис Ири, расплывшись в приветливой улыбке — не до конца, потому что за окном вовсю пылал закат. — А мы тебе тут кушать принесли, — указал он на поднос с накрытой посудой на столе. — И это, — Ири чувствительно толкнул в спину застывшего Кирин-Рата, оказавшегося с «носителем» лицом к лицу, — доктор тебя осмотреть должен.

Приказ Старейшины... — многозначительно добавил он.

— Эм... да, — очнулся Кирин-Рат, и заискивающе смотря поражённой девушке в глаза, спросил: — можно?

Сина медленно кивнула, настороженно смотря на странную компанию, и, сев на постели, протянула лекарю правую руку. Когда свет упал на браслет с чёрным глазком, за спиной учёного послышалось копошение и торопливые шаги в сторону двери.

— Куда рванули, уроды?..— тихим спокойным голосом бросил через плечо Кирин-Рат на сатариме, продолжая улыбаться Сине, хотя во взгляде его читалась откровенная паника пополам с отчаянием.

— Ну, мы же тут не нужны, — уверенно заявил Яри. — Ты доктор. Осматривай.

Кирин-Рат бросил на захлопнувшуюся за троицей дверь испепеляющий взгляд и повернулся к Сине. Девушка улыбнулась ему, не понимая, что происходит, и учёный, виновато улыбнувшись в ответ, осторожно взялся за её тонкую кисть.

Часть 2. Ревность

Тэру уже второй час лежал в ожидании Зиры. Женщина ушла готовить очередной эликсир, оставив его «буквально на полчаса», и пропала.

Изнывая от одиночества и желания увидеть её, Тэру весь извертелся на своём малоудобном ложе, едва не сломав софу. Изображать раненого ему быстро наскучило, и воин решил самолично наведаться к запропавшей в мастерской Зире. Придумывая на ходу причину внезапного выздоровления, Тэру встал и выскользнул за дверь. До его слуха донеслись два тихих голоса, один принадлежал Медведице, второй был мужской, и явно не кого-то из ребят.