Клинок Падшего

Клинок остановился рядом, тоже посмотрев на реку, затем перевёл вопросительный взгляд на Старейшину.

— Поплавать здесь собрался?

— Мне незачем, — сказал Туррон, затем перевёл хитрый взгляд на Шэх-Зу, — а тебе было бы интересно. Но не сможешь.

— А что там? — кивнул меч на другой берег.

Он решил не обращать внимания на откровенные подначки.

— Подавляемые страхи, страсти, желания... — последовал ответ. — Всё зло и вся мерзость, какую мы когда-либо совершали, или хотели совершить. Следующий уровень тзара после контроля сознания — контроль души, слияние всего этого, — короткий кивок в сторону тёмной полоски противоположного берега, — с тем хорошим, что, по идее, должно быть в каждом.

— Такое разве возможно? — усомнился Шэх-Зу.

— Вот поэтому ты никогда не попадёшь на другой берег, — насмешливо сказал Туррон.

Обижаться на его слова меч даже не подумал. Все мысли сейчас очертя голову скакали вокруг противоположного недосягаемого берега, где ночевали все подлые и грязные мыслишки его «святоши».

— Доброта не подчиняется разуму и чувству самосохранения. Она требует жертвенности... Ты спрашивал, почему она, — тихо произнёс Шэх-Зу, посмотрев на Старейшину.

— Хм, а я уж начал думать, что ты просто слабак, — хмыкнул Туррон.

— Хм, может, я влюбился, — поддержал тон Старейшины меч.

Оба рассмеялись.

— Ты же не дурак, Шэх-Зу, — усмехнулся Туррон, — и должен понимать, что у тебя нет в запасе не только пары тысячелетий, но даже пары дней.

— Твои сородичи? — поинтересовался меч.

— Демоны. Несколько гнёзд вокруг города зреют. Скоро здесь будет очень весело.

Меч поморщился, взгляд его стал злым и колючим.

— А ты думал, поменял мир и сбежал от них? — насмешливо поинтересовался Туррон, наблюдая за ним. — Какая наивность...

— Посмотри на моего носителя, — криво усмехнулся Шэх-Зу, — это заразительно. Ну, а ты? Вроде бы, ты должен был меня убить.

Туррон молчал, смотря на него изучающим взглядом. Но на этот раз Клинку его ответ не требовался. Как Старейшина видел все его стремления и желания, точно так же и Шэх-Зу мог видеть многое, что движет этим типом. Например, непомерную гордыню, заставившую наблюдателя явиться сюда для разговора.

— Ну же, Туррон, — алые губы разошлись в ехидной усмешке, — тебе стоит только попросить, и, так и быть, я сменю облик.