Королева Жезлов

В этой комнате она обитала, когда бабушка ещё была жива и забирала её на лето.

Бабушку Валери любила, но совсем не той, чистой детской любовью. Она определённо уважала Викторию Кларк, но чаще всего побаивалась. Это была женщина выдающихся достоинств, одним из которых был её несгибаемый, волевой характер. На внучку она смотрела прежде всего как на продолжение рода Кларк. Возможно уже тогда, она планировала передать свой дар именно ей. Но напряжённая обстановка в доме, так и не позволила им стать по-настоящему близкими.

Разлад между мамой и бабушкой длился столько, сколько Валери себя помнила. Они не разговаривали друг с другом, даже не сталкивались. Когда требовалось передать дочь, Элеонора подводила её к дверям квартиры, после чего нажимала кнопку звонка и пулей неслась по лестнице вниз. Забирала так же, сначала посылала письмо с датой и временем, а потом просто встречала дочь у подъезда. Нередко Валери поднимала голову на окна бабушкиной квартиры и видела, как та провожает их недовольным взглядом. Все попытки узнать, что же произошло между ними, так и не увенчались успехом.

Женщины встретились лицом к лицу, только когда Виктория Кларк обрела покой. Элеонора в свою очередь не проронила ни одной слезинки. Может быть потому что плакать в их семье не принято, а может от врождённого жестокосердия. Ведь и сама Валери не чувствовала особой связи с матерью, но при этом терпеливо выслушивала её и старалась не грубить. То что её приезд так неудачно совпал с обострением болезни друга вызывало беспокойство.

Ведь простодушный Лео никогда не нравился Элеоноре. Опасаясь что дочь может связать свою жизнь с таким парнем, она даже какое-то время запрещала им общаться, раз за разом повторяя что между мужчиной и женщиной дружбы быть не может.

«Главное что бы у него не случился приступ во время её приезда, иначе начнётся цирк.» - подумала девушка, закрыв за собой дверь в комнату Лео.

Эта болезнь была его проклятием, хотя проверка на негативное влияние ничего не показала. Столько диагностик, раскладов, окуриваний и ничего.

Все действия, начиная от официальной медицины и заканчивая эзотерикой, не могли улучшить его состояния. До сих пор врачи так и не смогли разобраться, в причине таких припадков. Никакие анализы, исследования, снимки, МРТ и психоаналитики, не выявили никаких отклонений. Но с пятнадцати лет у него стабильно, в конце весны и в начале осени, случались припадки. Иногда сильнее, иногда слабее, но они были.

Раньше это происходило только два раза в год.