Королева Жезлов

Дарен сидел за столом согнувшись, будто бы его тянуло к земле жутко тяжёлое ожерелье. С момента последней встречи он сильно похудел. В чёрной футболке и простых штанах он напоминал свою тень.

Подойдя ближе, Валери заметила у него в руках книгу.

- Ты меня проведать пришла или из-за ордена? – тихо спросил парень, даже не повернувшись к своей гостье.

- И то и другое. Как ты себя чувствуешь?

Парень отложил книгу и поднялся, что бы спустя мгновение заключить девушку в объятия. Одного взгляда хватило, что бы понять, что он очень сильно изменился.

В его энергии уже не было столько боли, но появилась печаль.

- Со мной всё хорошо! Отдыхаю, прихожу в себя. Тут так спокойно, я даже не знал, что может быть так спокойно. – жарко зашептал он прямо над ухом и в этом просматривалось настоящее отчаяние.

Мягко отстранившись, Валери присела на кровать. Оглядываясь вокруг, она снова обратила внимание на стену.

- Красивые рисунки, Пусть и мрачные.

- Тебе нравится?

- Да, в них чувствуется душа, пусть и не та что раньше.

Ты же нарисовал их, когда только попал сюда?

- Всё верно. Я тогда сам не свой был. Но потом отпустило. Понял, что нет смысла в тревогах и сомнениях.

- Не знала, что ты рисуешь.

- Я тоже не знал, - улыбнулся парень, - пока сюда не попал. Только это и могло успокоить меня. Сначала рисовал как безумный, а потом резко отрезало.

В комнате воцарилось неловкое молчание. Девушка не знала, как начать разговор. Дарену стало легче и разговор про орден, мог вызвать рецидив.

«Кто бы мог подумать что всё обернётся этим?» - подумала Валери, рассматривая рисунки на стене.

Парень никогда не был оголтелым эзотериком, он относился к ордену скорее как к клубу по интересам. Его толкала вперёд жажда познания, а какая теория без практики? Он хотел понять, из чего состоит мир и сколько у него граней. Но эти исследования завели его психиатрическую лечебницу.

Валери всё не могла оторвать взгляда от стены. Основным мотивом стало небо. Всё в зловещих, красно чёрных тонах.

Облака, луна, отражение неба в воде, безграничный простор. А вот портреты, к ним возникали вопросы, ведь в одном из этих набросков угадывались знакомые черты. Лицо было искажено злобой, высокомерием и жаждой власти, из-за чего было сложно сказать, на кого именно похож человек, но его лицо казалось смутно знакомым. На некоторых рисунках угадывались черты готической архитектуры.

- Тебе бы пойти профессионально учиться рисовать. – наконец произнесла девушка.