Драконье пламя

Сделав несколько шагов прочь от огромного профессора, он нервно сглотнул. Его пальцы сжались на металлической пластинке, активируя чары.

В ту же секунду в него врезался огненный шар размером с его голову. Поток пламени лоскутами упал на каменные плиты и вдруг заискрился, обжигая его ноги и прожигая ткань брюк. Рольф вскрикнул, отскочил назад и взмахнул рукой, пытаясь погасить пламя. Огненные лепестки проигнорировали все его старания и устремились вверх так, словно имели собственную волю.

Эрика в благоговейном ужасе уставилась на профессора, который неподвижно стоял, скрестив мощные руки на груди, и жутко усмехался, следя за тем, как его магия буквально пожирала кричащего от боли Рольфа.

В обсидианово-черных глазах полыхали те же искры, что были там, когда он выдыхал пламя в ее рот после поцелуя.

Пряный вкус жженого кедра и цитруса щекотал язык. Из солнечного сплетения по всему телу расползался холод, словно стремился окутать ее защитным коконом. Эрика обхватила себя руками, пытаясь справиться с дрожью.

Ее разрывало на части от ощущений. Вкус магии этого опасного мужчины будоражил кровь и возбуждал, в то время как его мощь пугала и заставляла тело реагировать ненормальным образом.

Вдруг профессор повернулся к ней. Его глаза сузились, и ноздри затрепетали. Несколько лихорадочных ударов сердца он смотрел в самую ее душу, затем отвернулся, возвращая внимание к корчащемуся от боли Рольфу.

– Не зазнавайся, Арвидсон, – низким басом пророкотал он. – Всегда найдется кто-то, кто будет сильнее тебя, как бы хорош ты ни был.

Свободен, – он взмахнул рукой, мгновенно гася собственную магию.

Рольф упал на колени и какое-то время судорожно дышал. К счастью, если не считать обугленной одежды, на его теле не было страшных ожогов, которых можно было бы ожидать, глядя на то огненное безумие, что еще минуту назад бушевало вокруг него.

Профессор был единственным из всех преподавателей, кто умел контролировать температуру огня, как бы странно это ни звучало.

Все они давно убедились в этом, вот только даже это не спасало от ужасающей боли, которая приходила вслед за пламенем, что попадало на кожу студентов, стоило им столкнуться с гневом преподавателя.

Рольф пошатнулся и встал. Он поднял побледневшее лицо и уважительно церемониально поклонился профессору. Обсидиановые глаза опасно прищурились, когда парень забыл, что титулов здесь не существовало и подобное поведение было неприемлемо.