Драконье пламя

Демонстрировать, что она была ущербная, Эрика не собиралась. Ей хватило проблем с этим в Академии.

– Добрый день, – сдержанно улыбнулся смуглый мужчина с каштановыми волосами. Вежливая улыбка не затронула его лавово-бурых глаз, которые буквально прожигали ее насквозь, стоило поймать его взгляд. – Магам Академии в эту часть лагеря вход воспрещен.

– Я не… – начала было Эрика, когда ее прервал пробирающий до дрожи знакомый рык.

Сердце подскочило к горлу, и дыхание сбилось. В солнечном сплетении скрутился ледяной комок, и волна вымораживающего кровь холода прокатилась по венам.

В животе поселилась пустота.

– Она не маг! – разгневанный профессор Хольст грубо осадил своего огромного вороного ранда, практически сбив его грудью Азарта.

Эрике пришлось в срочном порядке оттягивать коня назад, хотя он и так пребывал в персональном кошмаре, уже даже не дергаясь. Только его ноздри судорожно раздувались, ощущая присутствие высших хищников. Эрика прекрасно понимала его состояние. Она и сама находилась в не меньшем ужасе.

Ей в жизни с лихвой хватило одного дракона, а тут их, похоже, собралось немало.

Набравшись храбрости, Эрика подняла голову и встретила обжигающий взгляд обсидиановых глаз, которые так долго старалась забыть. Холод сковал сердце тисками, и горечь сдавила горло, но она все равно нашла в себе силы поприветствовать его. Она не позволит ему сломить ее снова.

– Здравствуйте, профессор.

Его узкие глаза расширились в шоке, стоило ему увидеть ее лицо. Его ноздри затрепетали, и губы приоткрылись.

Если бы Эрика не знала лучше, то решила бы, что он побледнел. Наваждение длилось всего мгновение, пока суровое пренебрежительное выражение не вернулось на его лицо.

– Тебе здесь не место, Нюберг, – прорычал профессор, игнорируя вопросительные взгляды остальных драконов, которые остановились за его спиной.

– Не вы меня сюда пригласили, не вам и выгонять.

Слова сами слетели с языка, и Эрика в ужасе затаила дыхание, ожидая кары от самого жестокого существа, которого только встречала в своей жизни.

Либо она стала очень смелой, либо совсем лишилась рассудка. Хотя с ее профессией последнее было вовсе не мудрено и более вероятно.

Его черные брови взметнулись вверх в изумлении, и на тонких губах появилась жуткая ухмылка. В обсидиановых глазах сверкнули опасные искры. Губы приоткрылись, и с них сорвался тихий рык, практически неслышный, если не находиться так близко к разгневанному мужчине.

Азарт не выдержал и заржал, поднимаясь на дыбы и пятясь назад.