Драконье пламя

Полностью черный и крупнее всех остальных, он внушал бы ужас, если бы она не любила его. Сейчас единственная мысль, которая билась в ее голове, была о том, что он один сражался с четырьмя драконами, сдерживая их пламенем и не позволяя подобраться к павшему другу.

Откуда-то сверху к нему спикировал аквамариновый дракон и помог сместить противников прочь от умирающего черно-аметистового дракона. Сражающиеся оказались достаточно далеко, чтобы можно было не опасаться их пламени.

Эрика остановила коня рядом с практически не дышащим черно-аметистовым драконом и спешилась.

– Руланд!

– Что ты здесь делаешь, глупая травница? – прорычал он и попытался подняться, но даже его крылья не дернулись. Из разорванной когтями шеи брызнула темная кровь. – Тебя здесь задавят, убирайся.

Эрика прикрыла глаза, больше не слушая его. Она сосредоточилась на скручивающем внутренности холоде.

Эрика никому не позволит забрать у нее тех, кто был такими же, как она. Она больше никогда не будет изгоем, считавшим, что была неполноценной. Теперь она нашла себе подобных.

Пусть это до сих пор казалось странным и не укладывалось у нее в голове, но, наверное, так даже было лучше – ее дар не был ущербным, не был бесполезным. Он просто лежал за пределами понимания человеческой магии.

Эрика открыла глаза. Ромбовидный зрачок дракона перед ней сжался по вертикали, и вокруг него вспыхнули яркие искры, обрамляя по контуру.

Эрика подняла ладонь, объятую белоснежным пламенем, и положила на нос дракона. Похожая на кожу ящерицы шкура между узкими ноздрями оказалась неожиданно мягкой и теплой. Небольшая концентрация и искреннее желание спасти его заставили ледяное пламя с новой силой защипать кончики пальцев, разгораясь. Огонь перекинулся с ладони на Руланда, и он вспыхнул в белоснежной вспышке.

Дракон взревел так громко, что заложило уши. Широкие крылья распахнулись. Хвост грузно ударил по вытоптанной каменистой почве. Голова на длинной шее взметнулась вверх, и с его губ посыпался дым. Содрогнувшись всем телом так, словно ему было холодно, Руланд вспыхнул собственным черно-сиреневым пламенем, которое пробежало по шкуре, унимая дрожь.

Эрика взглянула на его шею и грудь, где были страшные раны.