Драконье пламя

Чтоб тебя, Маркус! Ты влюбился в человека, большая беда! Можно подумать! Не ты первый, не ты последний. Посмотри, сколько магов учится в наших стенах. Откуда они все, по-твоему, берутся? Это твой вид порождает их! Да, я понимаю, что большая их часть появляется на свет из-за того, что вам, мужчинам, хочется поразвлечься, а дракониц не так уж и много, и они не подпускают к себе никого. Знаешь, я теперь прекрасно понимаю их. Если вы все такие слепые идиоты, то я их полностью поддерживаю.

– Бригитта, – рык сорвался с губ вместе с клубами дыма.

– Не «Бригиттай» мне тут! – заорала она, размахивая руками. – Эта девушка отдала себя тебе. Дышала тобой! Неужели ты не видел, что она светится в твоем присутствии? Ты в ее глаза давно смотрел?

– Она человек, Бригитта!

– Она больше, чем человек, и мне жаль, что я единственная это вижу! Слепой идиот. Знаешь, наверное, так даже будет лучше. Она когда-нибудь справится со своей болью, поскольку не знает ничего о вас, о том, кто вы такие, – Бригитта обернулась и из-за плеча смерила его уничижительным взглядом.

Не говоря больше ни слова и не желая слушать его, она стремительно вышла из кабинета, громко хлопнув дверью.

Маркус разжал кулаки, чувствуя, как на пол потекла кровь из расцарапанных ладоней. Боль скрутила внутренности, сердце снова пронзило ледяной иглой, и пламя сдавило горло.

* Настоящее *

– Тебя можно поздравить? – прищурился Вальтер, и на его губах заиграла ухмылка.

Маркус повернулся к другу и невольно улыбнулся. Довольство растекалось внутри обжигающим пламенем. Дым клубился у губ. Его драконья сущность впервые за много лет успокоилась, заполучив свою пару обратно, и снова была сильна как никогда. Пламя кипело в крови, и он был готов в одиночку свернуть горы, в данном случае шеи степняков, посягнувших на их территории.

– Вы бы лучше о предстоящем бое думали, – вздохнул Теодор, натягивая поводья и заставляя коня перестать гарцевать и рушить строй.

– Зачем? – хмыкнул Вальтер. – Гораздо приятней думать о том, что по возвращении нас будут ждать наши пары.

– Значит, ты наконец разобрался со своей травницей? – широко улыбнулся Руланд, расслышав их разговор.