Отбор поневоле, или Как не убить эльфа

Неужели я вижу глазами Тиэль? Вижу ее воспоминания? Что еще мне покажет амулет, который я вынуждена носить, не снимая?

* * *

Очнувшись с рассветом, я какое-то время пыталась понять, где нахожусь. Свежий ветерок из открытого окна, принесший диковинные ароматы, мгновенно мне напомнил: на эльфийском отборе. В чужом теле. Избранная древом.

Голова была тяжелой, плохое предчувствие не покидало меня ни на минуту. Мысли все время возвращались к ночному кошмару.

Я пыталась понять, что это был за лес. Мрачный, незнакомый, пугающий.

От обилия вопросов и отсутствия ответов на них хотелось плакать.

Где там уже эти остроухие? Давайте скорее принимайте решение и выкидывайте меня с отбора!

Вот уберусь отсюда и непременно задам Таланиэль трепку! И Титусу заодно, хоть он мне и друг.

Страх неприятно кольнул в самое сердце. Я поняла одну вещь. Никто, кроме Титуса и его эльфийки, не знает, где я. А друг влюблен и… Даже если меня здесь убьют – никто никогда не найдет малышку Лу.

Вывод тут только один: нужно делать ноги!

До злополучного разговора с одурманенным любовью эльфом я планировала податься в прислугу.

Кажется, настал час для принцессы браться за половую тряпку...

Вскоре явилась та самая служанка, которая помогала мне вечером, принесла новую порцию вкусного напитка и тихонько встала рядом, ожидая моих приказов.

– Скажи, ты слышала что-то о решении совета? – попробовала я наладить контакт, пока Матиса помогала мне умыться, одеться и навести сложный эльфийский марафет, с которым я бы ни за что не справилась самостоятельно.

Но девушка упрямо молчала, то ли опасаясь меня, то ли получив распоряжение не разговаривать с той, кого древо отметило голубым цветом.

Я всегда умела найти подход к служанкам. Они снуют везде, слышат и знают все. Решив во что бы то ни стало узнать, что выяснил совет, я приосанилась и нарочито строго приказала:

– Матиса, пойди и сообщи своим хозяевам, что мне нужна другая служанка.

Маленькая эльфийка вздрогнула и так перепугалась, что даже уронила расческу.

– Что-то не так, госпожа? – залебезив, жалобно спросила она.

– Я хочу разговорчивую служанку, как у остальных претенденток, – говорила я в манере, которую приберегала для подобных случаев. В манере настоящей монаршей особы, ощущающей себя выше других.