Новолуние

Но вскоре юноша привыкает к приятной прохладе, и океан ощущается как парное молоко.

Дева обвивает шею чужестранца руками, прижимается грудью к его телу и шепчет на ухо:

— Забери меня с собой.

От такой близости Эллиот замирает и даже перестает дышать. А потом с запозданием до него доходят сказанные девушкой слова, и он посмеивается, но, когда Марли отодвигается и ее серьезное лицо становится видно, он понимает, что это никакая ни шутка и тотчас напрягается. Разговор будет серьезным,

Они постепенно выходят из воды.

Эллиот, дрожа из-за выхода на прохладный воздух, наблюдает за девушкой, который хоть бы хны. Она все так же грациозно вышагивает, не показывая ни единого признака дискомфорта. Её намокший сарафан прилип к телу, вырисовывая все изгибы тела. Эллиот отводит взгляд от фигуры девушки и слегка краснеет. На это у Марлены и был расчет. Она не стесняется предстать перед незнакомым парнем в таком виде, ведь ей необходимо получить желаемое. А еще она не стесняется врать.

Ведь Марли поворачивается к парню и, широко раскрыв серые глаза, проговаривает:

— Меня избивает жених, я боюсь, что однажды он не рассчитает сил и убьет меня.

Как можно поднять руку на свою невесту? У Эллиота это не укладывается в голове и появляется желание защитить хрупкую инопланетную красавицу. Он хмурится и чувствует боль в груди, представляя страдания девушки во всех красках: как она плачет, пытается защититься от жениха-тирана, прячет синяки за одеждой… Марлена, наблюдая за реакцией парня, решает дожимать до победного.

Губы её начинают дрожать, и она шепчет:

— Мне так страшно, Эллиот…

Эти слова оказываются последней каплей. Парень кладет руки на плечи Марлены и чуть приседает, чтобы быть с девушкой на одном уровне. Его глаза, похожие на весенний луг, смотрят с решимостью, и он твердо говорит:

— Мы отбываем завтра утром.

Именно этого Марли и добивается, и ей приходится приложить усилия, чтобы на лице не появилась хитрая довольная улыбка.

— Хотя нет… Извини… — девушка отворачивается и произносит театрально дрожащим голосом.

— Никуда я не поеду, такая глупая идея.

Любой, кто знаком с девушкой, мог бы распознать её притворство, но Эллиот был наивно ослеплен ею, что не может и не желает увидеть истину.

— Почему? — спрашивает парень, нахмурив брови из-за искреннего непонимания.

— А где я буду жить? — она разводит руками. — Чем буду питаться? Уж лучше жить в побоях, чем в холоде и голоде.

Опять же перед глазами парня появились ужасающие картинки будущего девы.