RUS Страна управляемая свободой

Накинув на обнаженное тело халат, наскоро сплетя простенький узел пояса и натянув перчатки, он подошел к позолоченным дверям.

Положив два пальца на ручку двери, Рослову представил, как по ту сторону закрытого проема двери в кресле сидит его самопровозглашенный телохранитель. Звали его Олег, а по фамилии матери - Вещий, его он спас при путешествии в турецкое королевство. С тех пор, Олег занимался его защитой в стране, где некому было на него напасть.

— Олег? — шепотом позвал он.

После минутного ожидания, Свобода, нажав рукоять, толкнул дверь.

В узкую щель ворвался солнечный свет, на миг ослепив выходящего Рослова. Дождавшись, когда зрение восстановится, он открыл дверь шире. Как и ожидалось, в коридоре находился сидящий в кресле Олег, который коротким ножом чистил апельсин.

— Ваше миролюбие, желаете апельсинку?

Свобода улыбнулся. Во всей резиденции только личный телохранитель управляющего мог позволить себе общаться с ним, как с равным. Другие почитали его практически богом на земле, и лишь Олег был преданным и самым осведомленным другом.

За три сотни лет, приходилось не один раз менять легенду своего земного пребывания. Умереть он мог только на бумаге и в заранее одобренных Свитой документах.

— Ты мне скажи, почему ты не занимаешься своими делами? Неужели нет никаких дел в резиденции, кроме моей охраны?

— Некая женщина убила вас однажды. Вторая бросила в колодец в славном граде Троя. — Олег бросил кожуру в урну, где порошок из северного Див Града моментально растворил ее.

— На вас все еще могут напасть и убить.

— Мы уже проходили это. Да и кто может убить меня? Боги на моей стороне. А наемники японской империи связаны с моей страной договором. Убить меня, бессмертного воина, что потерпел поражение лишь в коротком сражении с богиней смерти? — Рослов позволили двери захлопнутся за спиной, сделав шаг в коридор. — Слушай, я прожил три сотни лет и не было ни одного достойного покушения. Блин, да и кому в голову придет вообще проникать в резиденцию перед зимой, накануне праздника, когда вся охрана бдит двадцать четыре часа семь дней в неделю? Можно было, кстати, сократить часть людей на центральных воротах, а то я и впрямь чувствую себя словно под домашним арестом.

— Рослов подошел и забрал у Олега часть апельсина.

Олег встал со своего места, поправил полы своего черного пиджака, сунув нож в карман, и подошел вплотную к управляющему. В ответ на это Свобода, взяв апельсин зубами, расправил руки.