Месть подают холодной

– Сдается мне, у милой леди не то воспитание, чтобы она «не терялась», но я ей явно приглянулся. Так что придется «не теряться» мне, – загадочный маг света по имени Раймон подмигнул Сагошу словно хорошему приятелю. – Не хотелось бы упустить такую интересную милую девушку, верно?

Филин воинственно нахохлился, защелкал клювом, а потом согласно кивнул. Он тоже считал, что не надо упускать врага. Очень хорошо, что их с магом цели совпадают. Правда, мужик, похоже, попался на ту же удочку, что и сам Сагош совсем недавно.

Подскочил маг еще до рассвета, покидал в мешок разбросанные по комнате вещи, туда же, в мешок, упаковал и филина, пожелав ему «быть хорошей птичкой!»…

Сагош, может быть, и наплевал бы на эту просьбу, только путы с него никто не снял, даже веревка, снятая на ночь, вновь обвилась вокруг клюва, так что хочешь не хочешь, а приходилось быть хорошим.

И слушать… слушать… слушать…

– Как вы думаете, если мы путешествуем вместе, как будет более прилично: мне представиться первым или вам?

– Меня зовут Аника…

Филин от злости почти по-змеиному зашипел сквозь связанный клюв.

Куда делась ее уверенная соблазнительная томность? Лепечет, как девчонка наивная! Или это иной метод соблазнения? Для него она была опытной раскованной кокоткой, а для этого магического лопуха целомудренную невинность из себя строит?.

Мужская солидарность в Сагоше выла, как волк на луну. Пропадет же мужик! Вот прямо на его глазах… вернее, прямо с ним в мешке и пропадет! Окрутит его сейчас эта тварь и веревок навьет… светлых!..

– Просто Аника?

– Да, – наконец-то в голосе прозвучали знакомые властные нотки. Сагош удовлетворенно выдохнул: притворяется, бестия. Но его ей уже не обмануть.

– А меня – Раймон.

– Просто Раймон?

Бедный филин застонал про себя, потому что этот голос до сих пор будил в нем желание, до сих пор имел над ним власть, до сих пор… «Что ж ты дрянь-то такая?» – мысль пульсировала в его голове, билась и металась, тоскливая и безнадежная, как остатки разбившейся вдребезги влюбленности.

– Да, знаете, мой отец как-то не удосужился со мной познакомиться, так что я остался без титула.

– Но воспитаны вы как настоящий аристократ.