Последнее пророчество Эллады: Переиграть Афродиту

Деметра остановилась у едва заметной черты. Это черный гранит пещеры-преддверий сменялся темно-коричневым. Пещера на этом не заканчивалась, просто то, что было дальше, уже принадлежало верхнему миру. И там, как ни странно, какие-то время было темнее – своды Подземного мира мягко светились, а обычная пещера такими свойствами не обладала.

Персефона тоже подошла к черте и с интересом провела по ней пальцем. Воспользовавшись тем, что дочь заинтересовалась редким природным явлением, Деметра прошла вперед и вытащила из-за приметного валуна припрятанный там букет душистых нежно-фиолетовых цветов.

Богиня держала его в опущенной руке и вообще старалась не дышать в его сторону – мало ли что. Средство, которое она собиралась применить, чтобы спасти Персефону из Подземного плена, было крайне сильнодействующим. Пускай Деметра повелевала цветами и травами, пускай они сами тянулись к ней, отдавая всю пользу и старательно оберегая от собственных опасных свойств, ей следовало быть настороже.

– А насчет того, что Аид не может любить, я лучше объясню на примере, – сказала она Персефоне. – Видишь этот букет? – Деметра протянула цветы Персефоне, и та взяла букет обеими руками. – Так вот, представь, что это невинная нежная нимфа.

– Вроде Минты? – фыркнула дочь, утыкаясь носом в цветы.

– Пусть будет Минта. Хотя, наверно, пример неудачный. Тебе нравится этот дивный аромат? – Деметра растянула губы в сладкой улыбке; Персефона подняла голову и чуть пошатнулась, словно от легкого головокружения.

– Не уверена, – призналась она. – Мне кажется, он слишком душный. Кажется, даже голова закружилась. Не тянет как-то на нежную нимфу.

Деметра подошла ближе и обняла дочь за плечи. Успокаивающе погладила по волосам:

– Бедное дитя! Этот подземный мир испортил твой нюх!

– Ничего подобного! – возмутилась Персефона, но вырываться не стала.

Под взглядом Деметры она снова зарылась носом в цветы… и вдруг содрогнулась всем телом.

– Что-то мне….

Вот тут уже дочь начала вырываться, но толку было мало. ее ноги подкашивались, а тело только слабо подергивалось, когда она пыталась оттолкнуть цветы и вдохнуть свежий воздух.

– Все хорошо, Кора, – прошептала Плодородная, одной рукой продолжая прижимать цветы, а второй зажимая распахнувшийся для крика рот. – Я хочу помочь тебе. Я спасу тебя.