Проигранная чудовищу

— Нет, — отступила я, но вдруг опомнилась и шагнула навстречу.

Обхватила кисть мужчины двумя руками. Посмотрела прямо ему в глаза и, решившись на отчаянный поступок, начала опускаться на колени.

— Пожалуйста, не выгоняйте нас.

Лучше унизиться перед одним, вымолив у него хоть какое-то будущее, чем побираться на улице и быть посмешищем для прохожих. Урны ничего не решат. Да, я смогу прокормить себя и Джени. Но как надолго? Мне не снять комнатку, не устроиться на работу, не найти себе постоянный источник заработка… А все потому, что я родилась женщиной.

— Прошу, лорд Эверард Шор. Я могу быть горничной, гувернанткой — у меня достойное образование. Если захотите, можете брать меня с собой на балы, чтобы похвастаться друзьям. Я сгожусь для спутницы, сумею поддержать беседу, стану послушной, только не выгоняйте.

Мужчина сел на корточки и с интересом склонил голову набок. Усмехнулся. Видимо, его забавляла эта ситуация и моя просьба.

— Девочка боится большого мира?

— А вы на моем месте не боялись бы? — гордо вздернула подбородок, но тут же опустила глаза.

— Да. Вы сами знаете, что там мне не выжить. Без опекуна, мужа или, — я сглотнула, представив самые неприятные варианты отношений между мужчиной и женщиной, но все же продолжила: — Хозяина… мне не справиться там, за стенами вашего дома. Вы выиграли меня у Марвина. Значит, ответственны. Значит, — с надеждой посмотрела я на него, — не должны выгнать.

— Ты слишком наивна, девочка.

— Пусть так! — на коленях приблизилась я к лорду, сильнее обхватывая его кисть.

— Может, вам именно такие и нравятся? Вдруг я вам нравлюсь? Почему мне не побыть наивной, глупой только ради того, чтобы выжить?

Эверард скосил взгляд на мое плечо, сглотнул. Он вдруг помрачнел и вырвал руку. Поднявшись, бросил на пол мешок с урнами и направился обратно к столу.

— Выметайся, — резко сказал лорд. — И чтобы духу твоего здесь не было.

— Пожалуйста, — едва не плача, выдохнула я.

— Пошла вон! — повысил он голос и ударил кулаком по столу, отчего половина книг подпрыгнула, а перо вывалилось из чернильницы.

— Вы же понимаете, что со мной будет.

— А меня это должно волновать? — улыбнулся одним уголком губ мужчина. — Притворись мальчиком: перевяжи грудь, обрежь волосы, испачкай лицо, чтобы стереть эту смазливость. Учись! — как-то болезненно произнес он.

Все надежды разбились вдребезги от одного этого слова. Я еще продолжала стоять на коленях и с мольбой в глазах смотреть на лорда, хотя отчетливо понимала, что ничего из этого не выйдет.