Проигранная чудовищу

Однако эта мысль вскоре исчезла, стоило Эверарду все же посмотреть на меня и сказать:

— Найди Ноя. Выведи его через главный вход.

Я посмотрела на Хэга, затем на лорда и снова на лысого головореза. Неужели меня снова проиграли? Даже здесь, в логове разбойников! Вот только время начало обратный отсчет, потому я спешно поднялась и побежала за Джени.

Сестренка сидела в дальнем углу клетки и тихо плакала. Она вздрогнула в ответ на мой зов, задрожала, но вскоре поняла, кто перед ней стоит, и поползла мне навстречу.

— Пойдем.

Нужно скорее выбираться.

Мы побежали к выходу из пещеры. В последний момент я остановилась из-за укола совести, ведь Эверард сказал забрать Ноя. Но разве смогу? Он мне не друг и даже не хороший знакомый. Да, защищал от головорезов. К тому же показал себя не самым плохим человеком. Вот только я не в силах спасти всех и не сумею вытащить его отсюда на своей спине. В прошлый раз, когда его видела, он даже на ногах не стоял.

— Поторопимся, цветочек, — потянула я Джени за собой.

Путь сюда был проще.

Когда мы с сестрой шли в колонне бандитов, мне не попадалось на глаза столько ответвлений и темных ходов. К тому же факелы больше не горели так часто. Кое-где они погасли, отчего приходилось идти медленно, цепляясь за стену, чтобы ненароком не упасть в яму или глубокую расщелину, которых здесь оказалось много.

— Как он посмел нас втоптать в грязь? — из-за поворота раздался голос мужчины, и мы с Джени спрятались за ближайшим выступом. — Он проиграл наши урны, даже нас!

— Это бесчестно.

Мы присягнули ему на верность, а Хэг… О, рыбка!

Разбойник выставил вперед факел. Они с другом обменялись красноречивыми взглядами и одновременно схватили меня за руки. Дернули вверх, поставили на ноги.

— Раз Хэг нам больше не указ… — начал он, смяв ладонью мою грудь.

— То мы можем… — продолжил за него второй, вот только я ударила его коленом в пах.

Первого же толкнула в бок. Он устоял, двинулся на меня, собираясь прижать к стене, но вдруг выскочила Джени и начала колотить по мужчине кулачками.

Тот перехватил ее руки. Скривившись, отбросил сестренку в сторону.

— Это же ребенок! — заорала я и ринулась на него с жаждой мести.

Как-то повалила разбойника. Стала наносить удары везде, куда только дотягивалась. Оседлала гада. Повторяла одни и те же слова:

— Нельзя! Обижать! Маленьких!

Первое время он прикрывался. Уворачивался. Вскрикнул, едва я дотянулась до его лица и даже поцарапала, а потом второй головорез стянул меня на землю и придавил своим телом.