Свадебный переполох для графа Вракулы

И да, мне не хватало родителей. Не только потому, что они это графство вмиг бы преобразили.

Иногда я просто хотела их обнять.

Поднявшись в спальню, я быстро привела себя в порядок и захватила так необходимую

канцелярию. Спустившись вниз, отметила, что вампир опаздывает уже на две минуты. Решив щедро отсыпать ему еще пять минут сверху, я раздавала указания.

Без работы никто не остался.

С кухаркой я согласовала меню на неделю, которое мне очень даже понравилось. Особенно порадовало обилие горячих блюд и выпечки.

К ужину мне пообещали яблочный пирог, за который я была готова горы свернуть.

Выдав кухарке денег, я взялась за служанок. Им я приказала по мере сил привести в порядок холл и столовую, в которой разруха цвела и пахла уже третий день. Мужики тоже получили задание – довести до приемлемого вида призамковую территорию, окончательно избавившись от травы и сорняка.

– А с конюшнями что делать, Ваше Сиятельство? – обратился ко мне чернявый Иврант. Роста он был небольшого, но силой отличался, как и умом.

– Их бы починить да кареты подлатать.

– Там есть кареты? – Я аж оживилась. – А лошадки нигде не завалялись?

– Лошадей нет, только кареты, – разбил все мои надежды мужчина. – Плохонькие, но есть.

– Тогда конюшни пока не трогаем, – решила я отложить их на потом. – Занимаемся травой.

Раздав все приказы, я уже собиралась уходить в одиночестве, как в холле неожиданно появился разряженный граф. Черный строгий камзол был украшен серебряной вышивкой.

Белая рубашка имела кружевные манжеты, а поверх нее был повязан белоснежный платок с уже знакомой мне брошкой. Высокие сапоги из неизвестно чьей кожи, с серебряными бляшками были начищены до зеркального блеска.

Честно говоря, о вампирах я точно знала две вещи: они пьют человеческую кровь и бодрствуют по ночам, а следовательно, отсыпаются днем. Именно поэтому сегодня я появилась в подвале. Этот акт вандализма являлся исключительно местью за ночное происшествие, но помощь лишней точно не бывает.

Забрав с облезшего кожаного пуфа чистенькие, чуть желтоватые листы бумаги и писчее перо, я первая отправилась к дверям, но не успела взяться за ручку, как створку перед мной открыли.

– То есть совесть вам не чужда? – спросила я, приятно удивляясь.

– Да и вам наверняка время от времени, – ответил этот тип колкостью на колкость.

Как ни странно, мне тоже было что сказать:

– И не надейтесь.