Король-под-Горою

Он шел навстречу Великой Холде, и золотые волосы постепенно наливались блеском, а следом - проступила из пустоты серо-зеленая, шитая золотом, туника – котт с разрезом у горловины и шнурками–завязками, оканчивающими адамантовыми подвесками, обрушился на плечи подбитый горностаем плащ, удерживаемый у самого горла фибулой, покрытой мелкой россыпью грубо отшлифованных адамантов, вспыхнули драгоценные камни на туфлях и легкая лазуритовая пыль припорошила узкие брюки-шоссы болотных тонов.

И все так же молча, не проронив ни слова, он протянул руку Зимней Королеве. Та отступила на шаг от Кормака, потянулась к незнакомцу… И в тот миг, когда тишина в зале казалась звенящей, когда тонкие пальцы Великой Холды коснулись ладони незваного гостя, на челе его вдруг вспыхнул венец из медных листьев с малахитовой патиной…

И ошеломленная Тиура поняла, что это Летний Король наконец явился на бал…

-Ты сегодня припозднился, брат, - бесстрастно обронила Холда.

А он вдруг безумно ухмыльнулся, показав острые звериные зубы:

-Заботы, сестра. Дела и хлопоты.

И бальная зала вдруг взорвалась музыкой: бешеной, ревущей. Так могла бы стонать зимняя буря, так могли бы завывать летние смерчи, поднимавшиеся от воды.

И сорвавшийся с места Летний Король Сокрытого Народа все кружился и кружился в танце с Зимней Королевой…

***

Весенний бал уже двигался по заведенной церемонии, и разговаривать с Арленом, вероятно, было больше и не о чем, но девушка из вежливости не могла уйти просто так: подменыш был единственным, кто здесь относился к ней по-человечески – как бы смешно это сейчас не звучало.

Тиура повернулась к юноше, мучительно подбирая новую тему для разговора, но перед ней, внезапно, как из под земли, возник Кормак и, рявкнув:

-С дороги, щенок! – с силой оттолкнул юношу в сторону. На кончиках пальцев вспыхивали и гасли сиреневые огоньки.

Арлен пошатнулся от резкого удара, беспомощно взмахнул руками, пытаясь удержаться на ногах, но зацепился о бортик, и рухнул прямо в фонтан.

Тиура, испуганно ойкнув, рванулась на помощь юноше, который сидел в воде, озабоченно тряся головой, но в следующий миг крепкая рука вцепилась ей в запястье – Тиура охнула от боли – и Кормак прошипел:

-Дело есть, дочь предателя, – и, прежде чем она успела хоть слово сказать, потащил девушку в сторону.