Наследие

- То есть, я прав? И сам по себе ты ничего из себя не представляешь? Я был о тебе более высокого мнения…

Слова сына резали по больному. Он говорил именно то, чего всегда боялся Люцифер.

- Просто оставь меня… - бывший принц спрятал лицо в руках и замер.

- Ты должен собраться с силами, Люцифер. Ты должен бороться. Я знаю, каково это, быть никем. - Деймос допил содержимое своего бокала и отодвинул его в сторону. - Подумай над моими словами.

Он встал, закинул куртку на плечо, и вышел из бара. Люцифер остался один.

Скрипнула входная дверь, и дьявол обмяк на стуле. Силы оставили его, он был разбит и раздавлен морально. Вся его жизнь, жизнь наследного принца Ада, рухнула в один миг, сделав его изгоем.

- Отец… - прошептал он. Глаза нещадно жгло. Смерть Вельзевула стояла комом в горле.

Люцифер налил себе еще и снова выпил. Привычным легким усилием он попытался вызвать крылья, но ничего не произошло. Перед глазами стоял туман. Он уже плохо различал предметы перед собой. Бутылка была почти пуста. Люцифер почувствовал, как его глаза слипаются, и уронил лицо на сложенные на столе руки.

Он не помнил, как Дэймос вернулся за ним в бар, как вызвал такси и тащил его на себе до дома. Если бы помнил - сгорел бы со стыда. Дэймос никогда ему об этом не рассказывал.

Сны Люциферу снились тревожные - мертвый отец, Лилит, вонзающая кинжал ему в сердце, Исида, с горящими глазами и крыльями, сидящая на троне его отца. А проснувшись утром, он ощутил жуткую головную боль. Оставшись лежать в кровати, он попытался вспомнить вчерашний вечер, но помнил только то, как пришел с Дэймосом в бар.

Осознание, что прошлой жизни конец, приходило медленно. Люцифер смотрел на ровный белый потолок и думал о словах Исиды.

Нет никакого Создателя.

И никогда не было.

Байки?

Кто лгал?

Исида, или три первых ангела, в том числе… его предок?

Это была совместная идея трех братьев?

Но кто же тогда написал тот дневник?

И кто создал их?

Концепция Создателя была нерушимой, на ней строился весь его мир.

От этих мыслей голова разболелась еще сильнее, и Люцифер снова уснул, а проснулся следующим вечером. Чувствовал он себя гораздо лучше, но все тело сковала слабость. Решив, что теперь, как человек, он вынужден есть, бывший принц отправился на кухню, где столкнулся с Евой, готовящей ужин. Аппетитные запахи наполнили его рот слюной, и принц, недолго думая, достал из холодильника бутылку молока и какую-то булку.

- Аппетит испортишь, - заметила Ева.

- Вот уж, нет.