Спасти царевну 2: сохранить свою тень

Должно быть, Ее Высочество была крайне раздосадована подобным известиями, но дальновидность не позволила ей предъявить претензии. Слова царевны можно было трактовать так: я Вам бесконечно благодарна за вмешательство, но отныне подобные вопросы решать будем исключительно мы с Вами, без посредничества третьих лиц.

– Что ж, рано или поздно Ваше Высочество должны были узнать… – Мирослав решительно отодвинул грезы о мягкой перине, с которой ему еще не скоро предстоит воссоединиться, и оперся на стол, устраиваясь удобнее.

***

– Сын мой!

– Матушка? – царевич Елисей покорно остановился. Проскользнуть незамеченным не удалось.

Царица Софийская наградила сына строгим взглядом поверх книги. Матушка много читала, имела склонность к языкам, редко вмешивалась в дела государственные, но ежели случалось, красноречие ее легко могло усовестить любого из сыновей.

– Ты мог бы и раньше засвидетельствовать мне свое почтение.

– Прошу простить, матушка, – охотно повинился Елисей.

– Правда ли, что царевна Островов намерена перенести стольный град в логово пиратов? – со сдержанным любопытством осведомилась царица.

– Именно так, матушка, – осторожно подтвердил младший царевич.

– Как занимательно.

– А верно ли, что граф Кизгайло жив и в добром здравии? – продолжила допрос царица.

– Верно, матушка.

– Так почему же, сын мой, вы не пригласили его ко двору? Вдова Тизенгаузен была уверена, что графа оклеветали.

– Не знал, матушка, что Вы были близко знакомы с адмирал-графом, – с подозрением заметил Елисей.

– Он был представлен ко двору. Везде сопровождал адмирала Тизенгаузен. Обходительный мужчина, чтил заморский этикет и софийские традиции. Нынешнее поколение ни во что не ставит культуру обращения…

Елисей послушно закивал. Разговор ему не нравился.

– Чаю выпьешь? – с усмешкой предложила царица. Чувствовалось, она выведала все, что намеревалась.

– Как прикажет маменька. Я пригласил ко двору не менее занимательную особу именно по такому случаю. Можете считать сие… подарком младшего сына, – мгновенно сориентировался царевич.

Царица недоверчиво отмахнулась книгой. Елисей большую часть жизни прожил вдали от софийских царских палат и никогда не утруждал себя чем-то таким, что можно было бы назвать сыновней почтительностью.