Мамочки, я влюбилась в дракона!

И я очень хочу надеяться, что ты сможешь договориться с этой девушкой, иначе в домик подальше отправитесь вы уже вдвоем.

– Нет, я не могу туда отправиться, – самодовольно усмехнулся Асвёр. – Мне надлежит всегда быть возле правителя.

– Все решаемо, – взгляд Эйнара не сулил ничего хорошего. – Думаешь, в моем царстве нет достаточно сильных колдунов?

– Я понял, – Асвёр коротко кивнул.

– Надеюсь, понял лучше, чем когда я говорил, что запрещаю переносить искру? – дождавшись еще одного кивка, правитель резко бросил: – Свободен.

Едва сдержав рык, Асвёр вышел за дверь. Когда Инга потребует встречи (а она потребует!), отказать не получится. Хотя если Эйнару не понравится Мария, то он сможет оградить супругу от этого общения.

Привычно пощелкав пальцами, он отправился по коридору пешком. Вслед ему донесся мелодичный перезвон люстры, которую когда-то уронила нынешняя правительница.

Служанки, встреченные на пути к своему дому, бросали на него украдкой любопытные взгляды, а стоило пройти, тут же за спиной раздавались шепотки. Насколько лучше было, когда прислуги во дворце было гораздо меньше! Пусть только восстановится резерв, всем память подчистит!

Асвёр поднялся на крыльцо и, бросив едкий взгляд на окна кабинета правителя, решительно распахнул дверь. Вскоре ему предстоит еще одно испытание – обед с Машей.

«Ага, а тарелочку-то она с собой прихватила», – съехидничал внутренний голос.

– Бездна! – в Асвёре клокотало раздражение. Мария ему совершенно не нравилась своими хамскими выходками. Где уважение? Где страх, в конце концов? Все его планы теперь у маура под хвостом! А попаданок в Трехмирье теперь на две больше, чем нужно.

Колдун, застонав, уселся на первую ступеньку лестницы, ведущей на второй этаж.

– Скрою дом под защитными заклинаниями и всё, – решил Асвёр. – И от тетушки тоже. Хотя вот тёте Мария тоже не понравится.

Итак, ему нужно как-то попробовать ужиться с такой, ну пусть будет – странной, искрой. Перед глазами предстал образ миловидной блондинки, пухлые губки которой растягиваются в смущенной улыбке. Но нет, у него теперь есть Мария.