Хочу вот этого!

Всячески демонстрируя позицию, что с начальником стражи он согласен, но комментировать тут нечего.

Я внимательно рассматривала сидящего передо мной мужчину. Встать при моем появлении он не потрудился, хорошо хоть тарелку с едой отставил в сторону. Мужчина не выглядел сломленным, изможденными или угнетенным. Передо мной не робел и явно знал себе цену. Смотрел прямо не смущаясь.

Производил впечатление человека, открытого и благородного. Черты лица правильные, можно сказать, красивые. Спина и плечи загорелые, но не выдубленные солнцем.

Такие могли быть у особы знатного происхождения, не занятого тяжелым трудом под палящим солнцем. Интересно кто он и как попал в плен?

– Назови свое имя, – попросила я.

– Что тебе в имени моем, госпожа? – ответил он почти дерзко.

– Назови свое имя, – приказала чуть тверже.

– Даниэль, – не стал он упрямиться.

– Даниэль… – протянула я задумчиво, – Даник, что ли?

Пленник как-то дернулся, и странное выражение удивления промелькнуло на его лице.

– Даниэль. – упрямо повторил он.

– Впрочем, вы можете звать меня как угодно. Хоть номер присвоить, хоть рабом бесправным или даже скотиной…

В его голосе звучала боль и мне стало его жаль. Но что предпринять? Не я устанавливала правила в этом мире, и сама являюсь, в какой-то мере, их заложницей. Просто мне повезло чуть больше.

Но, благодаря своему высокому положению, у меня все же есть кое-какие привилегии. Хоть чем-то ему же можно помочь?

– С тобой тут хорошо обращаются? Я могу что-то для тебя сделать? – спросила с сочувствием.

И это мое сочувствие, видно, стало последней каплей, переполнившей его чашу терпения.

Внезапно он оказался на ногах прямо передо мной. Очень-очень близко, буквально вжимая меня грудью в каменную стену, нависая сверху всем своим немалым ростом. Он наклонился и проговорил тихим чуть хриплым голосом мне в самое ухо:

– О да, госпожа. Есть кое-что, что вы можете для меня сделать. Отпустите меня на свободу… Откройте ворота, снимите ошейник и скажите: «Возвращайся к себе домой, Даниэль...»

Его горячее дыхание обжигало щеку.

Светлые длинные волосы касались лица. А сам он стоял так близко, что я чувствовала, как вздымается и опускается его мощная грудь, покрытая маленькими бисеринками пота. С такого ракурса у него открывался прекрасный обзор в мое декольте, именно туда он и уставился.

Мое сердце ухнуло вниз и забилось где-то в районе живота, ноги ослабли, а дыхание перехватило.

Было очень страшно.

Я здесь совсем одна, и даже если крикну, мало кто услышит.