Отбор не приговор

Пусть твой путь будет легок.

– Немного цинично, – хмыкнула Лотанари, но послушно продолжила: – Пусть твое ожидание будет недолгим.

– Идрис – прекрасный молодой челов… кхм, эльф, и я уверен, что он в целости и сохранности доставит тебя в Эльфхиир.

– Идрис? – нахмурилась Лотанари.

– Я младше нашего Правителя, – улыбнулся эльф, – меня назвали в его честь. На самом деле в Эльфхиире сейчас очень много Идрисов. Я проверил – все вещи Ее Высочества надежно закреплены, можно выезжать. Остальные сопровождающие покинули часовню и будут ожидать нас за стенами Нита.

Отец шагнул к дочери и крепко ее обнял.

– Надеюсь, ты не перестанешь мне писать, – коротко выдохнул Нордад.

– Не перестану, – Лота улыбнулась и стерла со щеки отца слезинку. – А ты, только вдумайся, будешь каждое письмо начинать словами «Моей горячо любимой покойной дочери…»

– Зараза ты, – вздохнул король. – Не позорь меня там, ладно?

Лотанари пожала плечами и спокойно сказала:

– Ты в любом случае не узнаешь, верно?

– Легче мне не стало.

– Перестань, – Лотанари прищурилась, – или ты все-таки хочешь увидеть меня плачущей?

– Нет, этого мой разум может и не перенести. Лима, присмотри за ней.

– Да, Ваше Величество. – Лисица присела в реверансе.

Уходил король быстро, не оборачиваясь. Наверное, он хотел сохранить лицо, вот только опущенные плечи и сгорбленная спина выдавали его истинные чувства.

– Надеюсь, брат догадается прислать в покои отца лекаря. Я переживаю за сердце нашего короля, – вздохнула Лотанари. – Ну что, где там наша карета? Она в траурном цвете или схалтурили?

Через несколько минут подруги убедились, что кто бы ни подготавливал карету, халтурить он не стал. Карета была не просто черной, а очень черной.

Лима подергала носом и уверенно констатировала:

– Иллюзия.

– Выедем из Нита – развеем, – вздохнула Лотанари и обратилась к эльфу: – Вы с нами?

– Разумеется, – удивился Идрис.

Лисица хихикнула и пояснила:

– Ее Высочество изволит спрашивать, поедете ли вы в карете или верхом.

Эльф на мгновение оторопел, затем осторожно ответил:

– Верхом. Если это никак не расстроит принцессу.

– Никак не расстроит, – улыбнулась Лота и ловко забралась внутрь.

Там она рухнула на сиденье и закрыла лицо локтем. Лима плотно зашторила узкие оконца и пристроилась рядом.