Тень ее высочества

Юлиан оказался молчаливым попутчиком. И раскрывал рот только во время привала, да и то, если в том наступала нужда. И мне не хватало общения. Привыкнув к бесконечному щебетанию фрейлин, я тяжело мирилась с тишиной. Поэтому радовалась присутствию Грэма, безотказного собеседника. За восемь дней совместного путешествия я знала о Юлиане столько же, сколько и до него. Не то чтобы стремилась залезть к нему в душу и выведать секреты. А тайны, несомненно, у следопыта имелись: ведь не может человек с безоблачным прошлым кричать во сне почти каждую ночь? Просто странно находиться с кем-то рядом и ничего о нем не знать.

В пригороде Элевтии у нас состоялся малоприятный разговор.

— Юлиан, ты говорил, что направляешься в Лул, — начала я издалека.

— Да, я помню, что и тебе в ту же сторону. — Парень сразу догадался, о чем я хотела попросить. — Но поспешу опередить твое щедрое предложение: туда я планирую добираться один. Я понял, что ты не простая риэлла, а с ворохом проблем. Прости, Эва, у меня своих неприятностей хватает, чтобы рисковать еще из-за твоих.

— Конечно-конечно! — рассердилась я тогда. — Не очень-то и хотелось заполучить в спутники мрачного молчуна!

Юлиан едва заметно улыбнулся, проигнорировав нелестную характеристику.

Несмотря на размолвку, попутчик галантно проводил до придорожного дома и подождал, пока я договорюсь о комнате. После чего попрощался и отправился на поиски пегасов, занимающихся перевозками. Я с завистью смотрела ему вслед. Эх! Счастливчик, он мог позволить себе комфортный перелет в любую точку Межграничья, тогда как я вынуждена передвигаться по земле, чтобы не наткнуться на преследователей.

Гостиный дом не мог похвастать удобствами, созданными магами-инженерами, и привычная купальня тут отсутствовала. Но за умеренную плату мне ее организовали прямо в номере: слуги быстро наполнили горячей водой деревянную бадью, поставленную посередине комнаты. Желание вымыться пересилило чувство голода, поэтому вскоре я чуть слышно постанывала от блаженства, нежась в ароматной воде.

Часы в седле не прошли без последствий для кожи. Исцеляющая магия хэмеллов хороша, когда есть время на ней сконцентрироваться. Конечно, регенерация происходит и без сознательного участия меняющегося, но только если повреждения обширны или опасны для жизни. Эта особенность стоила жизни многим молодым хэмеллам в годы войны. Нанося раны подозреваемым в шпионаже, маги легко выявляли в своих рядах вражеских агентов.