Тень ее высочества

«Не смотри ему в глаза и не отрывай рот, — заходился внутри в тревожном крике Грэм. — Только так он сможет подсадить тебе демона. Только не смотри!»

— Какая же ты невоспитанная! — засмеялся офицер и, схватив ткань рубашки в пригоршню, оторвал меня от пола. — Когда разговаривают, на собеседника положено глядеть!

Я с ужасом почувствовала, как отрываюсь от земли и лечу! Лечу через всю кухню. Затормозив об висящие над столом железные сковороды, чуть-чуть не достигла стены. И отделалась сломанными ребрами и носом. Кровь бежала из рассеченной губы, но я почти не чувствовала боли.

Демон, играя, медленно приближался. Ласковая улыбка не сходила с его тонких губ.

— Моя подруга давно требует подходящее тело, но попадаются одни крестьянки, — пожаловался «улей». — Она сказала, что ты ей подходишь. Гордись. Тебе оказана великая честь.

Стиснув зубы, на четвереньках юркнула под широкий разделочный стол. Демон, стремительно ринувшись за мной, наклонился и схватил за ногу.

— Плохая девчонка! — Он несколько раз дернул меня.

Но я крепко вцепилась в дальнюю ножку стола, и тогда он сдался: — Хорошо, я иду к тебе сам!

Одержимый офицер опустился на заляпанный жиром пол и, подкатившись, постарался подмять под себя.

— Открой глазки, девочка, разожми зубки… и впусти новую хозяйку!

Рука демона душила меня за горло. Задыхаясь, я отчаянно стискивала губы и шарила рукой среди липкой овощной кожуры и прочего кухонного мусора. Пальцы коснулись холодного металла. Превозмогая желание втянуть воздух ртом, я с силой ударила ножом для мяса прямо перед собой.

Кровь одержимого брызнула в лицо. Демон взвыл и, резко поднимаясь, перевернул массивный стол. Вскочив, кинулась к выходу, не озираясь, не обращая внимания на жар в груди из-за удушья.

Холодная ночь раскрыла гостеприимные объятия. Понимая, что Юлиан, не дождавшись, ускакал без меня, побежала в сторону костров, раскинувшихся цепочкой возле трактира. У караванщиков есть оружие из серебра. Демона, не зная, к какому роду он принадлежит, тяжело одолеть магией, но можно убить, перерезав горло или пронзив сердце серебром.

Ветер принес запах дыма. Я обернулась: «Перекресток ветров» лизали робкие язычки пламени. Похоже, демоны убирали за собой следы, поджигая место преступления.

То появляясь, то снова прячась среди тяжелых туч, луна равнодушно следила за моими мытарствами. Окровавленная и побитая, я из последних сил бежала к стану караванщиков, пока боль окончательно не напомнила о себе.