Тень ее высочества

— Одно не ясно: зачем ждать камийца в спальне, если можно заловить его в темном коридоре? Девочки, может, поделитесь моими размышлениями с другими дамами?

Наблюдая, как фрейлины отправились в народ просвещать желающих, я даже немного пожалела о своем жестоком розыгрыше.

«Он тебя не пожалел, когда набросился. Нападение на будущую императрицу, как и моя смерть, сошло ему с рук. Так за что ему сочувствовать?»

«Так ты одобряешь мои пакости?»

«Да разве это пакость? Вот Ириэн, подмешав в шампунь крем, удаляющий волосы, ты сделала мерзость».

«Я не предполагала, что она облысеет на целых четыре дня! Да еще безостановочно икать будет. Я считала, что вылечить ее недомогание любому целителю на один взмах руки».

«Давай сделаем вид, что ты не говорила подобную глупость? Магессе стыдно не помнить, что смешивание готовых зелий приводит к неожиданным последствиям».

«Грэм, ты опять занудствуешь! Хватит! Я хочу развлекаться».

«Готовься, Эва. Твое желание сейчас исполнится».

В зал ворвался шут. Пританцовывая, он ритмично ударял в маленький бубен, увешанный серебряными колокольчиками.

Оказавшись рядом, он тихонько протянул:

— Красавицы редко остаются одни, но часто бывают одиноки. Желаю первого и отсутствия второго, принцесса!

Локки пару раз прошелся вокруг кресла, наступая молчаливым сатурийцам на ноги. Затем демонстративно поклонившись, словно из воздуха вынул белую розу и бросил мне на колени.

— Дарю цветочек от сердца и почек! — пропел он и уселся на пол.

Ради праздника шут принарядился и выкрасил волосы с правой стороны головы в зеленый цвет.

— Как мило, спасибо, Локки. Ты появился вовремя, а то на балу в мою честь чувствую себя действительно всеми покинутой.

После совместной прогулки в город и неудавшегося покушения я почти его не боялась. Он, конечно, главный злюка Северной империи, но не страшнее остальных придворных.

— Ах, что такое честь! Трепетная риэлла, давным-давно покинувшая многие великие дома, — печально промолвил шут и подпер подбородок рукой, поставленной на колено.

— Наследники аристократических родов, услышав твои слова, могли бы обидеться. И маги тоже, ведь и они дрожат над своей честью, держа слово, данное даже врагу.

— Для многих слова — вода, принцесса! — глубокомысленно заметил шут и, резко вскочив на ноги — я спиной ощутила, как напряглись сатурийцы, — сделал кульбит.

Шут скользнул между танцующими парами. Лавируя, он то и дело наступал возмущающимся риэллам на подолы платьев.