Возрождение. Книга 2. Мор

Пока все ясно?

- Да, в целом, - Мира задумалась. – А кто входит в число архи?

- В нашем замке их трое, и трое у водных. У нас: Альб, Теотерон и Риэль. У водных: Сецейя, Бириим и еще какой-то хрен, имя которого я всегда забывала. Не важно, тебе это пока незачем. Из интересного - из основания ладони Смерть создала именно Альба, потому, наверное, он такой надежный. Еще, кстати, Смерть создала некое существо по имени Цох из своего уха, но о нем я тебе потом расскажу.

- Значит, Теотерон и Риэль – тоже родственники пастырей? – Мира принялась выстраивать генеалогическое древо первородных существ.

– «Если Смерть и Хаос – брат и сестра, то дети Смерти будут ему племянниками, а дети их детей – кажется, двоюродными племянниками. Так? Странно тогда, что Альб им – дядя, а Риэль и Теотерон будто никто, просто библиотекарь и Советник. Получается, и водные, находящиеся на той стороне, тоже их родственники? Хаос будет наступать на собственную семью? Моя голова сейчас лопнет».

- Для Хаоса – только номинально. Из всей шестерки семьей он считает только Альба, что объяснимо.

Дальше…

- А браки между родственниками в Новом мире разрешены?

- Да, сказать честно, не задавалась таким вопросом, - усмехнулась ведьма, и быстрее, чем она успела подшутить, Мира продолжила:

- Другой вопрос. Ты сказала, что архи носят перчатки, чтобы защитить руки, там жизненная сила и магия. Если повредить руки сильно, их можно убить. А… значит ли это, что пастырей можно убить, если…

Договорить не осмелилась. Мари поняла ее и без слов.

- Так умер мой муж, - она рвано закивала. Мира видела, как дрогнули ее губы, прежде чем едва заметно напрячься. Простыми жестами ведьма в который раз напоминала себе, что его нет. Бездумно дергала головой, в попытке занять себя хоть каким-то действием, иначе рассказывать было невозможно. Могла бы промолчать, но упрямо выдавливала букву за буквой. – Ему отрубили руки, а когда он был совсем слаб…

Мари зажмурилась. Урок пришлось прервать, а наступившую паузу заполнить поддерживающими объятиями.

Сложно было даже представить, что испытывала вдова, супруг которой скончался таким мучительным образом, но Мира попыталась выказать все сочувствие, на которое была способна.

Поглаживая подругу по плечам, она не могла отделаться от гнетущего предположения: если Мор остался без глаз, а это, если проводить аналогию, что для человека остаться без сердца и души, можно ли его вернуть? Возможно ли это хотя бы в теории?

Это заставляло ее прижимать Мари крепче.