Возрождение. Книга 2. Мор

Повернувшись, она уткнулась носом в напряженную шею и глубоко вдохнула. Запах Хаоса умиротворял, это был запах настоящего хвойного леса. Прикушенная губа отдавала горечью, оставшейся после поцелуя.

Все в нем было незнакомым и знакомым одновременно. От понимания, что вся теперь окутана им, ей стало значительно легче.

- Почему ты так изменился? Имею ввиду, Константин ведь выглядел иначе.

- Все дело в печатях, они полностью адаптировали его тело к моему появлению, позволили моим чертам проявиться в очеловеченном варианте, - правитель слегка отодвинулся и оттянул ворот рубашки, показывая шрамы-знаки.

– Они же не дают мне вернуться в тебя, Константин постарался и покрыл свою кожу всеми видами запечатывающих печатей, какие только могут быть. Самонадеянность его и погубила – нашего знакомого культиста больше нет, его душа выжжена мной. Повезло. Не поверю, что старшие из культа Мира и Порядка не знали, что существует вероятность не выжить после такого.

- А откуда ты знал?

- Я тоже не знал.

Теперь это не важно.

Хаос коснулся щеки Миры, и та прижалась к сухой ладони.

- Тебе нужно поспать, малышка. Когда проснешься – будет лучше, обещаю. Я пойду к Альбу, мы продолжим искать Мари. Давай, я помогу подняться. Вот так.

Он подвел ее к постели, терпеливо дождался, пока уляжется как можно удобнее, и подал отвар, оставленный лекарем. Когда Мира его выпила, шутливо потребовал сейчас же заснуть.

- Не иди за ней без меня, - попросила она сквозь дремоту. Хаос не ответил, но мысленно пообещал выполнить просьбу.

Перед уходом поправил одеяло, поджег огонь в камине и зашторил окно. Стоя в проходе, вдруг подумал, что ощущает себя как-то иначе. Нахмурился, пытаясь проанализировать странную смесь чувств, но не смог найти им названия. Будто перешагнул какой-то порог, сам того не заметил, и совершенно точно оказался в новом месте. Интерпретировать чьи-то чувства, изучать причинно-следственную связь – его профиль, но вот незадача: собственная душа изучению не подлежала.

Черная и сыпучая, она буквально утекала. В таком не разбираются.

Хаос прикрыл дверь и удалился, переключившись на рабочую линию в мгновение ока.

Войдя в кабинет дяди Альба, он сразу же услышал библиотекаря. Каждое слово отбивалось от твердого потолка, как мячик, и бродило в стенах еще секунды. Размеры местных помещений располагали к минимализму – при всем желании заставить каждую под завязку не вышло бы, не превратив их в безобразные кладовые.