Возрождение. Книга 2. Мор

Та ответила схожими чувствами, но скованная титулом соперницы, была вынуждена вести себя сдержаннее. Между ними буквально ощущалось некое напряжение, дух конкуренции, уходящий корнями куда-то глубоко.

- Я займусь, - вздохнул Альб, помогая Риэлю складывать карты. – У вас всех и без того полно забот.

- Позвольте мне, - ко всеобщему удивлению Паккиот вызвался заняться поисками незнакомца. Обращался он не к архидемону, а к стоящему напротив Хаосу. - Многовековой опыт следопыта сократит время поисков и даст конкретный результат.

Альб слушал его серьезно и по завершению речи, задумавшись, передал слово пастырю.

- Правитель, что скажете?

- Паккиот прав, это его работа, а ты нужен здесь. Отправляйся сегодня, - Хаос кивнул ему.

- Я поеду с тобой, - кинула Мари настырно.

Паккиота ее тон не впечатлил. Он стоял так же ровно, как и до этого, окатив ее заведомо уставшим взглядом.

- Не думаю, леди Мари, что это хорошая идея. Подобное путешествие не для супруги пастыря людского стада.

- Я – сильная ведьма, а не супруга пастыря людского стада, и я пойду с тобой, - для надежности, она ткнула пальцем в столешницу.

Паккиот снова не отреагировал особой эмоциональностью.

- Я не беру попутчиков, - коротко и ясно отрезал он.

- А если я тебе горловой мешок наколдую вместо кадыка, как у лягушки, а? – пригрозила Мари.

- Сделаю, если придется. Поверьте мне, я знаю, как лучше.

- Хаос, скажи ему, - ведьма повернулась к пастырю. Тот нахмурился с вопросом, мол «Я? Ты меня просишь что сделать?». – Пусть он возьмет меня с собой.

- Я должен повесить тебя на своего человека ради твоей же прихоти? – все еще не понял Правитель. – Сиди в замке, он прекрасно справится и без твоих подножек.

Возмущению Мари не было предела. Мира даже запереживала, как бы она не натворила дел. Ссору прервал сам командующий стражи. Заговорил так, будто его это касалось едва-едва, четко, скоро, но как-то лениво:

- У вас есть двадцать минут, чтобы собраться.

Что послужило причиной таких кардинальных перемен, поняли, кажется, только архи и их Правитель. Остальные приняли согласие мужчины как данность или избавление от никому ненужной шумихи.