Возрождение. Книга 2. Мор

Выглядел так же, как его создатель. Тот, кстати, отвлекшись от бесполезной болтовни, наклонился к девушке:

- Чем ты занималась у Мари? Я чувствую, что от тебя до сих пор разит вином.

- Мы просто болтали. Девчачья вечеринка, - ответила она шепотом.

Они долго всматривались в лица друг друга, с вызовом, что-то выискивая. Зрачки Хаоса расширились, когда он мельком оглядел ее. Отвернулся, выровняв спину.

- Хорошо. Рад, что у тебя появилась подруга, только будь осторожнее. Я уже говорил, что Мари порой делает глупости.

Мира еще немного насладилась видом его профиля, после чего тоже решила обратиться к Альбу и Мари.

Руки Правителя, сомкнутые за спиной, чуть дрогнули в плечах.

- «Она про тебя так же говорит, как и про Тамилию с Лорель. Те, кстати, отзывались о ней аналогично. И кому из вас верить? Правда, выходит, про гнездо. Повезло, что в придворные разговоры я не влезаю, а то с ума бы сошла».

Риэль разложил на столе несколько карт. Рисованные им лично, они были прекрасно детализированы. Мира узнала и материки Старого мира, и места из Нового, что успела бегло изучить на глобусе в комнате Хаоса.

Альб тем временем снял перчатки. После услышанного от Мари, образ архидемона для человека почти полностью изменился. Мира видела в нем сына Смерти, могущественного мага. Его руки были белы, как снег, нежны на вид, с тонкими ровными пальцами, без единого шрама или родинки.

В кабинет неожиданно вошли Тамилия и Лорель. За ними плелся Паккиот, держа на виду свое недовольное жизнью лицо. Троица разместилась за большим столом рядом с Теотероном.

Лори не упустила момента, чтобы робко махнуть Хаосу, а тот кивнул всем по очереди, и вернулся к ритуалу.

- Мари, - Альб протянул одну ладонь ведьме, она вложила в нее свое запястье. Дядя принялся не глядя ощупывать его, перебирая по коже мягко, но уверенно. В это время Риэль объяснял важные нюансы заклинания.

Покрепче сомкнув пальцы на трепещущей вене, дядя взял клубок жесткого жгута и опустил в черно-красную подвижную жидкость. Достал и, передав Риэлю, принялся отматывать нужную длину.

Риэль сделал надрез и помог с перевязкой – затянул перепачканную нить чуть ниже локтя Мари.

Альб едва окунул кончики фаланг в ту же жидкость и размазал по всей ладони. Занеся ее над картами, закрыл глаза.

Мари нахмурилась, когда почувствовала, как ногти впиваются в ее кожу.

Архидемон принялся водить от одной карты к другой, нашептывая какие-то едва ясные слова.

- На каком языке он говорит? – тихо спросила Мира, чуть подавшись к Хаосу.