Попаданка для бастарда императора

— У домовиков нет детей? Или только у тебя? — тихо поинтересовалась я.

— Нет… Уже несколько столетий у нас не рождаются дети… — еле слышно произнес Симон, но тут же встрепенулся и опять начал грозно напирать на Фло: — И все же, чья ты, девочка?

— Моя, — просто сказала я, желая поскорее прекратить этот спор. — И не смей ее обижать. Флорестина не домовик и ничего по дому делать не будет.

“Ты мою помощь совсем не хочешь принимать?” — тут же услышала я жалобный голос эльфийки.

— Если Флорестина сама захочет что-то сделать, она это сделает, — исправилась я.

— Но как это? Я же главный домовик… — опять настаивал серо-коричневый.

— И еще, я, пожалуй, проверю, как ты справляешься со своими обязанностями. Так ли довольны домовики жизнью в этом доме и тобой в качестве начальника.

— Но, ваша светлость, я хороший домовик, — залебезил мелкий уже передо мной. — Симон всегда на совесть выполняет свою работу.

— Вот я и проверю, так ли хорошо живут твои подопечные, — только ответила я, как в холле вновь появился Джонатан.

— Вижу, вы пообщались, — спокойно сказал он. — Симон, приставь к моей жене другую домовичку. Ту, что работала с ней раньше, приказываю выгнать. И ещё леди Луизе не разрешено выходить за пределы дома…

— Не смей! — прервала я мужчину. — Как можно быть таким черствым? Ты за что собрался выгнать бедную эльфийку? Ей есть куда пойти? — наступала я на Джонатана, внезапно переходя на “ты”.

— Ты о чем? — непонимающе уставился на меня светлость.

— Вы что — посходили с ума? Почему вы относитесь к домовикам как к вещам? — разошлась я, все больше злясь на лорда.

— Но она же провинилась, — с изумлением уставился на меня он.

— Так накажи, но не выгоняй. Ты уверен, что ей есть куда пойти? Кто ее примет после того, как ты выгнал?

— Еще попроси оставить ее тебе в услужение, — опять с презрением выдал мужчина.

— Зачем? У меня есть Флорестина, — покачала я головой.

— Нет. Никаких Флорестин.

— Нет! Мне. Не. Нужна. Домовичка, — жестко ответила я, разделяя каждое слово. — У меня есть Хранительница.

Я резко развернулась и, с трудом сдерживая себя, направилась в сторону лестницы. Как же хотелось высказать этому неандертальцу все, что я о нем думаю!

На середине лестничного пролета я пошатнулась, казалось, мне в спину ударил огромный заряд чего-то неприятного и злого.