Снег в пустыне

Надо же было им оказаться ещё и истинными друг друга. Фантастическое везение.

— Где Сахара? — я снова перевёл взгляд на отца. Тёмные волосы, смуглая кожа. В этом мы были похоже. Что же касалось остального…

— Ей сегодня нездоровиться. — Безразличным голосом ответил отец, отправив очередной кусок мяса в рот.

Я слишком резко поднялся из-за стола, от чего мой кубок с вином перевернулся, растекаясь алым пятном по белой скатерти.

Ко мне тут же бросилась служанка. Довольно симпатичная девушка. По-моему, её зовут Муза. Она быстро начала прибирать устроенный мной бардак.

— И ты так спокойно об этом говоришь? — мои слова больше походили на рык, — ты хотя бы вызвал ей лекаря?

— Успокой свой пыл и сядь! — отец грозно взглянул на меня, не переставая жевать. — За ней присматривает гувернантка, уверен, она знает, что делать.

Бессердечный ублюдок. Отец никогда не любил Сахару. Она же была девочкой, а ему нужны были сыновья. По этой причине он признал меня, рождённого на стороне, но отказывался от неё, дочери его любимой женщины.

Мои руки непроизвольно сжались и ещё немного, я бы кинулся на отца с кулаками. Бастиан почувствовал мой настрой и поднялся со стула. Индиа обхватила его руку своими тоненькими пальчиками и что-то прошептала на ухо, должно быть просила не вмешиваться.

— Ай, — сбоку от меня кто-то воскликнул. Я быстро заморгал, сбрасывая наваждение и повернул голову в сторону.

Служанка, что убирала за мной, порезалась и из её пальца капала алая кровь. Зенит тут же подскочил к ней, придерживая под локоть. Наш сострадательный брат. Из него выйдет хороший король.

— Вы в порядке? — он извлёк платок из нагрудного кармана и осторожно обернул им раненый палец девушки.

Я в последний раз взглянул на отца и вышел из столовой.

Глава 2.2

Шаги гулким эхом разносились по коридору. Я практически не шёл — летел, сменяя одно крыло дворца на другое. Злость разливалась по венам диким, необузданным огнём, сжигая изнутри. Поворот, ещё один.

— Дамиан, — тихий, всё ещё с детскими нотками, голосок, окликнул меня.

Замерев, я прикрыл глаза, сделав глубокий вдох, и на выдохе развернулся к сестре. При виде этого белокурого ангела мой огонь угас, а на лицо вернулась лёгкая улыбка.