Мёд, яд и каравай!

— Великая Праматерь, где мне Айсель Легкокрылую искать? — спросил богатырь, зачарованно разглядывая оракула.

— То, что живо, и мертво в плен её уволокло, — нараспев ответила статуя.

— Как такое бывает? — озадаченно потëр затылок витязь. — Растолкуй! Неужто про Кощея речь? Великая Праматерь! Укажи, где это живое и мëртвое обитает?

— Там, где звëзды с неба сходят, хороводы дружно водят. Где затихла песнь воды, там отыщешь их следы.

— Великая Праматерь! — воскликнул Пересвет, увидев, что длинные тени камней уже подкралась к правой ноге оракула.

— Лишь найдя родное сердце... — статуя смолкла и закрыла глаза.

Как и предупреждал Горин, волшебство рассеялось в один миг. Богатырь скривился от досады. Не умел он сложные загадки разгадывать.

В спину кольнул язвительный вопрос змеелюда:

— Ты здесь от изумления корни раскинул или просто жизнью не дорожишь?

— Про слова оракула думаю.

— В спокойном месте подумаем. Одних волотов я увëл, а другие — на подходе.

— Что бывает живое и мёртвое одновременно?

— Да много чего, — раздражëнно ответил Горин. — Пень, например. Сам мëртв, а росток живой пустить может.

— Стало быть, Айсель пни украли?

— Это вряд ли. Ты выяснил, куда нам путь держать?

Пересвет наморщил лоб:

— Оракул сказала, там звëзды хороводят. И песнь воды затихла.

— Ясно. Идëм.

— Как ты её загадку так скоро разгадал?!

Чародей скривил губы в усмешке:

— Не для великого ума загадка.

Насупившись, богатырь промолчал, но дал себе зарок — при первой же возможности отплатить тëмному той же монетой.

Глава 15. Не суй носа в чужое просо

Звенят берëзовые листочки, поблëскивают, словно инеем покрытые, только деревья стоят не живые, а железные. И красиво, и жутко.

Ветра нет, а щëки холодит. То грустно делается, то обида гложет. Почему батюшка ничего про подземный мир не рассказывал?

— Далеко ли до царских покоев? — спросила я у семенящего впереди мышонка.

— Здесь не бывает ни далеко, ни близко, ни быстро, ни долго, — сквозь зубы ответил Меньшой. — Всё своим чередом идëт.

— Это как?

— Как заведено. Скоро сама узнаешь.

Железный дворец напоминал неприступную крепость. Под заменявший небо купол взмыли высокие шпили, тонкие, словно иглы. Башни опоясывали длинные ряды чешуйчатых зубцов. Чëрные ворота со множеством острых шипов отбрасывали причудливую тень.