Мёд, яд и каравай!

Много лет на нëм проклятье лежало за то, что по-глупости ягоды запретные испробовал! Сдержал ты слово богатырское, развеял чары, и меня, и королевича из полона высвободил. Век тебя помнить будем!

— Не держи зла, Велизар Лазаревич! — попросил молодой королевич. — Не знал я иного способа от уродства избавиться! Владей моим дворцом, островом и всеми сокровищами! Всë тебе оставляю! А как встретишь девицу честную, что полюбит не золото и диковины волшебные, а душу твою добрую, что в любом обличье тебя ласковым взглядом согреет, накорми теми ягодами одинокого путника и вновь собою станешь! Только не позабудь! Белая! Красная! Лиловая! Забудешь — до смерти чудищем быть!

Махнул он мне на прощание и направил лодку из канала прямиком в синее море.

Глава 11. Умный от зла бежит, глупый — навстречу спешит

Велизар

Не знаю, сколько дней я провëл в тоске и безделье. Корабли обходили проклятый остров стороной, местные чудеса и диковины быстро наскучили. Даже набитые золотом сундуки не радовали глаз!

Решив, что лучше быть человеком среди рыб, чем годами бегать в звериной шкуре, я изловил Бурегривого, набил сумы перемëтные подарками для Варны и отправил коня в морскую пучину.

Вскоре из толщи воды громко затрубили раковины.

Поднявшись в кипучей волне и расплескав её на множество сияющих брызг, к берегу острова подплыла морская царевна.

Я позвал ее, скрываясь за кустами, а голос-то у меня тоже страшный сделался: чужой, дикий да охриплый.

Испугалась Варна, но тотчас брови сдвинула, говорит в ответ:

— Не боюсь тебя, лихо земное! Отвечай, не мешкая, где жених мой возлюбленный, где красавец-богатырь Велизар Лазаревич?

Вышел к ней понуро, говорю:

— Вот я теперь какой, царевна.

Были тут и слëзы горькие, и объятья нежные. Рассказал я, как доброму человеку слово дал, пообещал дочь его спасти, как обманут был и оставлен зверем уродливым в этой глуши безлюдной.

По счастью, нашлось в закромах царя морского волшебное зеркало, скажешь ему три раза такие слова: «Гладь, гладь, не таи, вид мой прежний покажи.

Стал я добрым молодцем, складным да ладным, краше прежнего.

Ластится ко мне Варна, глаз не сводит, лишь о свадьбе и говорит!

А я хожу-брожу, думу думаю: «Коли женюсь на морской царевне, загублю и красоту мою, и молодость ветреную, и силушку богатырскую. Всë на дне песчаном останется.