Олимпия

Грациозно не сводя взгляд с меня.

— Он долго там стоял, да? — Озвучила свои догадки.

— Конечно. Пятнадцать лет. Знаешь, Олимп, после всех твоих приключений, я даже не удивлена. Это Циклон – самая главная заноза в заднице, сразу же после Эврита конечно! Упрямец какого поискать! А он стоял и ждал тебя. — Лу хмыкнула, протянула руку к коню, но тот оскалился. — Ну конечно. — Процедила девушка. — Это очень преданное животное. Считай, что это твоя новая нянька.

Я улыбнулась.

— Он мне нравится. Так что я не против.

— Это на намек? — Лу прищурилась.

— Ну...Не знаю. — Я вскинула плечами. — Наверное тебя, Вольта и Эврита мне показалось недостаточно? Для полного спокойствия у меня теперь есть конь-убийца.

Я расхохоталась и ласково погладила Циклона, который осматривал местность.

Луиза закатила глаза.

— Об этом мы еще поговорим. А пока иди к остальным, Атрей расскажет тебе все что нужно. Так, Кол, ты следующий!

Мы с Циклоном двинулись к остальным ребятам.

Проходя мимо Вольта, я уловила его довольный взгляд.

— Ты знал. — Заключила я. — Точно знал с кем я выйду.

— Я рассчитывал на малыша К'яарда. Но это даже лучше! — С хохотом прокричал в ответ Вольт.

Я стала ближе к новому другу и подбадривающе похлопала по спине. Он смотрел на меня так нежно, как ни один первый ласковый лучик солнца. Который пробирается сквозь шторы, чтобы разбудить тебя.

— Хоть что-то знаешь о них? — Спросил Брукс.

Сегодня он видимо не был настроен на препирательства и выяснения отношений.

Я отрицательно покачала головой.

— К'яарды славятся своей преданностью. Характер буйный, но ближе к возрасту, становятся более податливыми. Редко встретишь их гуляющим по лугам и пьющих из водопоя. Это ночное животное. Их еще часто называют тенью дьявола.

Циклон фыркнул, отгоняя хвостом непрошенных птиц, которые заинтересованно подлетали к К'яарду.

— Чем-то смахивает на вампира.

— Разве что клыками. — перебила я.

У коня была лишь пара верхних клыков, напоминающих змеиные. Но они придавали ему какой-то особый шарм.

— Да. Ночная фурия. Несносный гордец.

— Почему Талия намучалась с ним?

— Говорю же, гордости у него не занимать. Не любит, когда лишний раз касаются и тем более, когда заставляют выйти из стойла. Поэтому почти все пятнадцать лет он провел у себя в хижине.

Я промолчала.