Санклиты 5. Карающая длань

Холланд «Полное затмение»

Когда женщина не может плакать, это страшно. 

М. Митчелл "Унесенные ветром"

Тот день начался, как обычно.

– Доброе утро, любимая! – промурлыкал Горан, стоило мне открыть глаза.

– Доброе утро, любимый!

– Доброе утро, малыши! – будущий отец погладил и поцеловал мой живот, в котором сразу же началась революция.

– Юные Драганы, успокойтесь! – взмолилась я. – Все в папу – лишь бы мне покоя не давать!

– Скорее, все в маму! – парировал он. – Тоже шило в попе!

Хотелось улыбнуться, но в душе начало подниматься, как грозовая туча из-за горизонта, предчувствие чего-то плохого – и простое человеческое, и, что гораздо хуже, вибриссное.

– Родная? – почувствовав мою нервозность, забеспокоился Горан. – Что?

– Пока не знаю. – я попыталась успокоиться, но ничего не вышло. К обеду «усы» уже верещали матом, и было до слез обидно, что все попытки понять, с какой стороны ждать беду, провалились. Мы сделали все, что могли, но к тому, что произошло, все же оказались не готовы.

Спусковым крючком стал звонок из клиники Катрины, которую атаковали неизвестные.

– Поезжай. – сказала я Горану, когда он выключил сотовый, уверенная, что это и была причина воплей вибрисс. – Ты нужен там.

– Саяна!

– Драган, ты необходим сестре. Только будь крайне осторожен, хорошо?

– Конечно. Ты тоже, любимая! – он прижал меня к себе.

Мой санклит уехал, а я осталась в окружении охраны. «Усы» орали настолько яростно, что мне не удавалось найти себе место.

– Саяна, пришел Глеб. – сообщил Ковач.

– Не открывайте ворота! – выдохнула я, внезапно осознав, что происходит. Но было уже поздно.

– Его пропустили… – растерянно выдохнул Нико.

Потом были взрывы, стрельба и снова взрывы.

– К вертолетной площадке, живо! – скомандовал Нико.

– Поздно. – прошептала мисс Хайд. – Они уже здесь. – перестав ощущать свое тело, я увидела сад в черно-белых тонах, даже не удивляясь, что смотрю на него через одного из наших псов.

– Отступаем в бункер! – Ковач подтолкнул меня к лестнице, набрал на панели код, бетонная панель начала уезжать в сторону. И в этот момент в гостиную ворвался Глеб.

Я утонула в его глазах, пытаясь найти хотя бы тень той любви, что когда-то была между нами. Мой мушкетер, защитник, друг, мудрый старший брат. Никого из них не осталось.