Санклиты 5. Карающая длань

Два местных старика с экспрессией, которая заставила бы обзавидоваться итальянцев, орали друг на друга, брызжа слюной и размахивая руками. Но когда я уже начала беспокоиться, что это кончится убийством или инфарктом, пожилые негодяи расхохотались, обнялись и двинулись прочь – как пара неразлучных друзей.

Наотрез отказавшись искать «звездные» рестораны, мне удалось затащить Драгана и охрану в простую булочную, похожую на круглый аквариум, и никто не жаловался, уплетая разнообразные слойки, пончики, пиццу, салаты и смакуя кофе.

«Главная артерия» Иерусалима – улица Яффо – привела нас к Яффским воротам Старого города. Клочок земли всего в 4 кв. км, поделенный между евреями, христианами, арабами, армянами и туристами. У каждого – свой квартал и свои правила. Это уникальное место называют сердцем Иерусалима, но мне оно показалось скорее рукой, сжавшей время в кулак – все ненужное утекло сквозь пальцы, оставив самое важное спрессованным в плотную вечность.

Я опьянела от пропитанного историей воздуха и мощи проходящей сквозь меня энергии тысячелетий, убегающих вниз под брусчатку. Многоголосое эхо сбило дыхание, заставив зажмуриться и с трудом подавив желание зажать уши. Так уже было, когда я пыталась свыкнуться с обострившимися ощущениями после того, как Горан сделал меня бессмертной.

– Родная? – стальное кольцо сжало талию. – Как ты?

– Все хорошо. – мой взгляд упал на наших малышей. Удивленно улыбаясь, они словно прислушивались к себе. – Смотри, дети тоже это чувствуют! – я замерла, осознав тот факт, что Саян и Горана не действуют «методом тыка», как их мама. Для них все гораздо проще – они получают навыки точно так же, как учатся слышать, видеть и чувствовать. А что-то в них есть уже от рождения, словно «прошито в настройках». Они в этой стихии чувствуют себя, как рыба в воде! – Знаешь, Киллиан нечаянно оказался прав – мне на самом деле было суждено стать прародительницей совершенно нового рода людей! – пораженно прошептала я.

– Наши Ангелочки! – тихо прошептал Горан, еще крепче прижав меня к себе.

– На которых нет проклятия санклитов, но есть божье благословение. Они изменят мир!

– Я боюсь за них, любимая!

– Их охраняем не только мы, так что успокойся.