Нареченная черного василиска

Пока мы разговаривали, я совсем забыла о том, что принесла с собой флакон из-под капель, которые принимала Инара. Кора напомнила мне о моем обещании, и я поспешила отдать ей его. Девушка с благодарностью кивнула.

– Сегодня вечером я проведу спиритический сеанс. Он должен проходить в особенном месте. Мне потребуется твоя помощь... Так что встретимся в шесть вечера вон у той стены.... – Кора показала на восточную стену особняка, прикрытую с обеих сторон от посторонних глаз зарослями дикого шиповника и цветущими магнолиями.

– Хорошо.

Остаток дня прошел в довольно мрачной обстановке. Софири рыдала, запершись у себя в комнате, матушка собирала ее вещи – после официальной помолвки, которая должна была состояться через неделю, невеста должна была переехать в дом жениха, где в течение трех месяцев, согласно традиции рода Ильвир, она будет готовиться к свадьбе. Аннита, даже не пытаясь ее утешить, радостно поливала по дому цветы, напевая какую-то веселую песенку. Кору я не видела, наверное, девушка готовилась к предстоящему спиритическому сеансу.

– Не понимаю, почему он выбрал именно ее, а не Анниту или тебя, Инара, – матушка, отставив от себя чашу из-под съеденного томатного супа, посмотрела сначала на Ани, а после на меня.

– Почему это он должен был выбрать одну из нас? – спросила сестра.

– Ты – самый лучший цветок из букета Кайса. Скромна и покорна. Уверена, выбери он тебя, ты бы хоть и порыдала, но стала бы ему прекрасной супругой.

Аннита засмеялась.

– Вот он и взял нечто среднее между нами двумя! Надеюсь, сестрица Софири получит с ним веселенькую жизнь.

– Ани! Софири твоя сестра, не говори так... – сказала матушка с укором.

Сестра что-то ей ответила, а я уже не слушала. Наскоро закончив с обедом, поспешила наверх. К комнате Софири.

– Это я, Инара... Могу я войти? Я поговорить хочу, а не позлорадствовать.

Какое-то время в ответ мне было молчание, и я подумала уже, что сестры там нет, но когда повторила свою просьбу вновь, из-за двери донеслось: “Входи”.

Щелкнул замок, дверь приоткрылась, явив мне красную и заплаканную рыжеволосую девушку. Платье ее было измято, а волосы не причесаны...