Роковой зов

Алекс перерыл не одно плато в поисках подходящего кристалла-аркелита, я обеспечил необходимые поставки подходящих по составу и конфигурации сплавов, а Алексия, разумеется, создала из всех подобранных материалов сильный артефакт-защиты. Правда, это пока тестируемый образец, но так нам всем будет гораздо спокойнее.

Король добродушно рассмеялся. Только его Эдди мог так сухо и лаконично поздравить с днем рождения родного отца, как доклад на заседании совета зачитал. Но он любил сына и таким. Пусть Эдриан лучше будет сдержанным, но не дает воли темной стороне своей натуры.

Детские жестокие срывы когда-то удалось пресечь, не без помощи дорогой Антонии. Последний эмоциональный взрыв они наблюдали в подростковом возрасте, с тех пор сын научился самоконтролю и умело сдерживал себя.

Лишь время от времени Эдди отлучал себя от общества и людей и закрывался ото всех в родовой усадьбе матери. Но отлучки не длились долго. И про них знали только самые близкие люди — члены семьи и несколько подчиненных.

Король покрутил коробочку, развязал бантик и резким движением сорвал красивую упаковку. Две крупные капли крови упали на дорогой бретонский ковер.

- Проклятье! - лицо мужчины исказила болезненная гримаса.

- Осторожнее, отец. Позвольте вызвать лекаря Сильверса?

- Пустяки, сынок. Не поднимай панику на пустом месте.

Король сунул раненый палец в рот.

- Вот и все. Ковер жалко.

- Думаю, слуги справятся с этой проблемой.

Кристиан Данмарский достал, наконец, защитный артефакт из коробочки. Он был создан в форме пятиконечной звезды, Эдриан помог ему прикрепить значок на лацкан церемониального мундира. При этом принц выдохнул с явным облегчением.

Отец и сын встретились взглядами.

- Вы готовы, отец? Вы точно уверены, что празднования так необходимы и мы не должны отменить хотя бы…

- Эдди, мы не будем больше обсуждать это.

Кронпринц замолчал, но его недовольство отцом будто разлилось в воздухе. Он замер в напряженной позе послушного сына, но в душе кронпринца бушевала буря, король мог прочесть это по его лицу.

Он снова приобнял сына и твердо посмотрел ему в глаза.

- Судьба сама ведет меня, мой мальчик. Я лишь следую по пятам. В одном я абсолютно уверен, а посему спокоен.