Легенда о слепой любви и тумане мести

Одна из прекраснейших богинь, одна из тех, кто соответствовал всем правилам добродетели заклинателей, одна из «Четвёрки Сезонов Года». Дражайшая подруга, прошедшая с Нин Цзе сквозь огонь и воду. Весна Небес бы никогда не подверглась скверне, в этом Нин Цзе была уверена даже больше, чем в несокрушимости Великого Владыки.

Нин Цзе закусила губу, чтобы скрыть сокрушающие её эмоции. Хоть она не могла видеть, но сейчас казалось, что мир вокруг неё закружился.

Раз уж на смену Красноречивой Чжан пришёл тот мужчина, значит, по крайней мере, так полагала сама Нин Цзе, он был замешан в её осквернении.

— Что случилось?! Меня не было только три часа, а вы уже успели навредить моей наставнице? — Яростный голос Ан Хуна раздался где-то справа от того места, где сидели девушки.

Только демона ей сейчас не хватало. Он пришёл намного раньше, чем планировалось. На плечи Нин Цзе легло что-то тёплое, а холодные руки Ан Хуна подхватили её.

— Она вся дрожит, а вы просто сидите рядом! — Через голос Ан Хуна не переставала проходить ярость.

До этого Нин Цзе сама не знала, что дрожит.

— Что случилось, шицзунь Ци? — нежно спросил Ан Хун.

— Мне нужно попасть в храм Возвышенного Ци.

Нин Цзе почувствовала, как мышцы Ан Хуна напряглись. Если он был демоном, прожившим по крайней мере пару сотен лет, то должен был знать старое прозвище того мужчины.

— Что? Зачем нам к этому сучонышу? — громко возмутился Ан Хун.

Со стороны Сан Чи послышался громкий и испуганный вскрик. Нин Цзе тоже не ожидала такой реакции на того мужчину, ведь мало душ, живущих на этом свете, знали правду о его гнилой натуре.

— Как ты так можешь говорить о Милосердном и Непобедимом Боге Благоуханий Природы и Всемогущем Клинке Ци Чжане! — выкрикнула Сан Чи.

— Меня сейчас стошнит только от одного его титула.

Ан Хун сказал вслух то, что крутилось в мыслях и у самой Нин Цзе.

— Вам лучше сесть, — обратился к Сан Чи он.

Девушка прислушалась и присела на плед. От Ан Хуна спустя мгновение чувствовалась энергия Инь. Скорее всего, он использовал какое-то заклинание. Нин Цзе от боли не могла открыть внутренний глаз, поэтому не могла понять, какое всё же заклинание использовал Ан Хун.