Я стану твоим рыцарем

Тобиас тяжело вздохнул и подошёл к окну. Ясная светлая ночь словно насмехалась над ним, тем, у кого в душе было всегда темно.

Он резко задёрнул шторы и вернулся в комнату. Уселся в кресло и бездумно уставился на тлеющие в камине угли. И тут же перед глазами, словно наяву встали воспоминания.

- Хочешь стать сильнее их? Сильнее всех? – Наставник вкрадчиво тянет слова, специально, чтобы он подумал. И он думает. Сидит и жадно смотрит на Наставника, как на спасителя. – Я ведь знаю, что над тобой издеваются.

- Вы прочитали меня? – Он вскакивает, задетый равнодушной бесцеремонностью, роняет стул.

- Сядь! – Он поднимает стул и падает в него, словно этот приказ отнял все силы. – Разве обязательно нужно читать кого-то, чтобы узнать очевидные вещи? – Наставник вытягивает ноги к огню. На улице холодно, ноябрь, метёт метель. Зима наступила раньше времени. Он сидит в тепле, в богатом доме, сытый и согретый. Мелькает мысль, узнать, как там матушка, но тут же исчезает. Что может случиться? – Так ты хочешь стать сильнее?

Наставник впивается в него глазами.

- Хочу, - говорит он. Медленно. И чувствует, как теряет что-то важное, неуловимое. И всё таки продолжает. – Что надо делать?

- Прежде всего слушаться меня. – говорит Наставник. – Ещё год обучения и, думаю, ты сможешь выполнить ту работу, для которой предназначен.

- И стать сильнее? – Вырывается у него.

- Разумеется. – усмехается чему-то Наставник.

Знать бы к чему приведёт это «стать сильнее». Тобиас помотал головой. Он не хотел вспоминать и не мог забыть.

Да и если бы забыл, это был бы уже не он. Воспоминания – это единственное, что все эти годы не давало сойти с ума. Тем более, что он ничем не мог помочь и никак не мог искупить.

Джейн

- Ну как прошёл урок? – Фредерик пришёл к ней с визитом только на следующей день, справедливо полагая, что она захочет отдохнуть после общения с профессором.

- Ужасно, - честно ответила Джейн.

- Что сказал Ритар? У тебя сильный дар?

- К сожалению, да. – Джейн нахмурилась, вспомнив слова профессора.

Ей всё ещё не верилось, что это –правда. Казалось, что она спит и стоит только открыть глаза – всё вернётся на круги своя. Дядюшка жив, всё в её жизни хорошо и никакого профессора никогда не было. Но увы. Она вздохнула и кратко обрисовала Фредерику то, что услышала.

- Да быть такого не может! – Он вскочил с кресла, куда присел перед этим и заходил по комнате. – Может быть проверить у других читающих.

- Он сказал, что это бессмысленно и другие читающие не помогут.