Сказка снов.

Не подкачали и другие инструменты, порой выглядящие, как вчера со свалки. Мелодия была не сложная, монотонная, порой наводящая ужас.За занавесом почувствовалось движение. Стало понятно, в скрываемую тканью часть зала стали входить люди, много людей. Подойти к занавесу и заглянуть за него никто не решился. Но это и не понадобилось. Те, с той стороны, по очереди стали представляться и говорить о своём желании, потом зачитывали, чем им придётся пожертвовать . Прошла пара часов, просители не заканчивались. Процедура становилась неописуемо отвратительной.

Кто-то обменивал на богатство здоровье своих родителей или близких. За власть обязались совершить невообразимые подлости. Проходило не мало чиновников, священнослужителей, коммерсантов… Однако ни у кого не просили его безсмертную душу. Понятно, что это уже не требовалось. Когда одному бедолаге пришлось пожертвовать жизнью своего ребенка, встрепенулся даже Серый (Серафим,- приехавший с хозяином первой скрипки.) Он спросил: « А отказаться нельзя?» Потом понурив взгляд , поняв что нет, бросил вилку на стол , пошёл в угол и приютился в кресле, продолжая шевелить губами. Однообразие просьб и обязательств развеяла просьба какого-то правителя. В обмен на дополнительный год жизни, он должен был развязать войну со всеми соседями и погубить пол миллиона человек. Музыканты, шушукавшиеся до этого, разом затихли, эта новость могла коснуться каждого из них. Главное никто не обратил внимание, правитель какого государства сейчас перед хозяином замка… Продолжение действия, понятно, не отличалось человеколюбием и было таким ужасающим, что впечатлительному человеку пришлось бы не легко . Продавались счастье, здоровье, успех , порой жизни близких, родственников, а ради чего?! Золотых монет? Выполняющий желания сегодня, явно был в настроение, его фантазия не знала границ и ограничений. Даже для нищих и потерявших всех родных , находилось то, что надо было выдирать из самого сердца, конечно, если там за занавесом ещё оставались такие люди, в которых осталось что-то человеческое. Сначала музыканты еще прислушивались, потом подсознание отключило происходящее за занавесом. Кто-то пытался поспать, другие обсуждали свои дела. Но никто не говорил о своём вознаграждении, будто им тоже за это придётся что-то отдать, необычайно дорогое.Виолончелист сказал, что это происходит каждые девятнадцатьлет. В промежутках замок исчезает, исчезает и гранитная дорога. Никто не мог понять, каким же образом выбираются инструменты для оркестра.