Прекрасное

Кажется, за всё время ты так ничему и не научилась, ничего не запомнила из того, что я тебе показал и рассказал.

— Так тебя же не было рядом, я и решила — можно, — говоришь так, будто я тебя хоть раз смог остановить от подобного.

Тебя никогда невозможно было остановить.

И я бы тебе даже поверил сейчас, понадеялся бы на чудо, что что-то изменилось хотя бы в этот раз, но смотрю на это твоё прекрасное — ничего не изменилось. Такая же коварная и хитрая сука, которая убивает забавы ради. Даже этого не пожалела.

Но ни крови, ни признаков борьбы… Неужели отравила?

— Резко у тебя вкусы изменились, — говорю, а додумываю: «Если решилась на яды».

— Ну, не сразу, конечно: все стадии принятия прошла, прежде чем до такого дойти — всё банально, вообще-то, — говоришь, а мне будто бы небезразлично.

Скорее что-то колет в груди от того, что приходит понимание: ты и меня убить решила. Тебе ведь известно, как я избавляюсь от подобных проблем.

Прекрасное — всего лишь приманка для уничтожения настоящего чудовища.

Зачем тогда так заморачиваться? Могла отравить кого угодно, а не этого…

— Совсем никого рядом не оказалось, что ли? — внезапно произношу вслух, но ты лишь сверкаешь глазами. Видимо, тебе с этим прекрасным было не так уж и легко. — Лютый год вышел у тебя, если с таким бесом связалась, — добавляю, чтобы узнать, так ли это; но ты лишь едва закатываешь глаза и выдыхаешь.

— Ты же в единственном экземпляре, — едва скрываешь своё раздражение и отводишь взгляд к окну.

Значит — ничего. Просто прекрасное — первое, что попалось под руку.

Зато красиво, как ты любишь. Потом сложат слезливую легенду об этой праздничной ночи, но финальная точка сейчас всё же за мной.

Неужели этого ты хочешь? Или правда забыла обо всём? Думаешь, что я уже настолько стар, что потерял бдительность? Думаешь, что стоит тебе сказать, и я всё сделаю, как раньше?

Это в прошлом.

Слишком часто ты меня предавала. Так часто, что все твои ходы я запомнил: как только мы перестали вселять ужас во всё живое вместе — ты стала слишком предсказуемой; и если я ещё отзываюсь на твои просьбы, то только в надежде на то, что ты придумала что-то новое и интересное.

И всё-таки закрадывается надежда, что всё не просто так. Не можешь ты решить, что всё будет настолько просто: отравила одного, отравила и другого. Или можешь? Слишком самонадеянно даже для тебя.

— Ладно, надо на части его разбить, я так целиком — не сожру.