Приличные драконы под ногами не валяются

Ну хоть бы что-то новое сказал! Из этого рычания не понять вообще ничего. Зато по морде читалось очень многое. Прям такой тяжелый мыслительный процесс. О чем Доменика не преминула сообщить:

– Ой, ты так скрипишь мозгами, что я даже сквозь треск костра слышу. Да-да, лорд Хэльвард, я забыла представиться. Прошу простить, что была так невежлива, – она зажгла огонь на руке и поиграла им. – Доменика Амадо.

И не забыла ехидно улыбнуться. Пусть ценит, драконище такой, кого ему в сиделки выделили. О экспериментах пока умолчит.

Вдруг у дракона нервы слабые?

– Знаешь, я тоже не в восторге от решения наших правителей, – Доменика почесала кончик носа. – Я бы тебя портальчиком домой фить и всех делов.

– Фить! – поддержал ее Гвидо.

– Но что-то тебя там не сильно желают видеть. Ну еще бы. Из-за твоей несдержанности, лорд дракон, случился дипломатический скандал. Нет, ну я всегда знала, что драконы в своем самомнении могут поспорить с эльфами, но это вообще просто за гранью. Самое настоящее позорище. Свинство.

И не рычи на меня тут. Лучше спи, все равно из твоего рыка ничего не понятно. Потом спросишь у своего правителя, почему он так решил. А сегодня я устала, – демонстративно зевнув, Доменика закуталась в плед и закрыла глаза, впрочем, чутко прислушиваясь.

Мотивы леди Юлианны понятны – проучить дракона, скорее всего, мотивы драконьего правителя аналогичны. М-да, кажется она очень много пропустила, а так можно было бы понять, за что дракону такое наказание. Доменика вымпиршей была трезвомыслящей, а потому понимала, что подарок из нее весьма сомнительный, а вот наказание – в самый раз.

Глава 9

– А...а...ачхууу! – Хэл, у которого долго чесалось в носу, наконец-то чихнул. Глаза он все еще не открывал. Из-за банальной трусости. Драконы – гроза Трехмирья, они не ведают ни страха, ни сомнений. Но сейчас совсем другое дело. Вдруг, если открыть глаз, опять увидит вампиршу?

Конкретно вот эту он видеть не хотел. Лучше бы обнаружилась вон та, из ресторана. Правда, из головы совсем вылетело ее имя.

Но дочь Советника – ни в коем случае! Это будет значить, что вчерашнее – не кошмарный сон. Но тело болело и чесалось от носа до кончика хвоста.

– Фхррр, – выдохнул Хэл и решился приоткрыть один глаз.

Картина не радовала. Кострище, плед и подушки, валяющиеся у камня. А еще обнаружилась корзинка, от которой пахло едой. Вампирша и летающий кусок меха отсутствовали. Ушли? Интересно, совсем? Вот было бы хорошо, если бы его оставили в покое.