Когда грифон охотится

Он оглянулся на Дайрсгау: вы почему еще тут?! Последний приподнял руки в примирительном жесте и без лишних слов постарался протиснуться, освободив коридор от своего присутствия. Ему тоже не представлялось достойным участвовать в петушиных боях.

Железный стоял, будто раскаленный под кузнечным мехом Йенса Риммеля. Он боялся пошевелиться, чтобы искры, переполнявшие его изнутри, не сожгли весь замок. Только, когда все шаги стихли – уперся Эйвар, уплелся Дохлый и куда-то, святые яйца, убралась Греймхау, – Эмрис взрыкнул, не разжимая челюстей.

Схватил Крейга за грудки и потащил на тот же балкон, где недавно стояли эрцгерцогиня и граф.

– Барон, вы…

– Мне надо на воздух. – Припечатал Железный таким тоном, что Крейг услышал: еще одно слово, и Эмрис попросту швырнет его через парапет.

Крейг застыл, наблюдая как Эмрис, нет-нет, колотит кулаками по ограждению. Он почти слышал сжеванные бароном ругательства, и никак не мог понять, что именно ярит Железного особенно сильно.

– Создатель, я так устал, Крейг! – гаркнул Эмрис.

– Эта последняя неделя, эта…

Крейг, рискуя, поймал шею барона в захват.

– А НУ ПУСТИ! Я СКАЗАЛ, МНЕ НАДО…

– Вам надо в кабинет, пока весь замок не услышал, как вы на дерьмо исходите. – Сообщил Крейг и потащил начальство в сторону лестницы на третий этаж. Только, когда исполин закрыл изнутри дверь баронского кабинета, он отпустил Эмриса. Подтолкнул лорда вперед, чтобы тот, если вдруг что, не смог вмазать ему в ответ сразу же, и у Крейга был шанс увернуться.

Эмрис оглянулся, и мгновение Крейг не мог распознать: броситься Эмрис на него с кулаками, чтобы отвести душу, или все-таки нет.

– ДА ЧТОБ ЕГО…! – Железный проорался такими отборными выражениями, что Крейг решил потом заучить парочку. Пригодится.

Эмрис зашагал туда-сюда, безудержно тараторя и пересказывая Крейгу все события последних дней. Про очередную разоренную деревню, про поединок с Дрависом, про визит Идель, и ее клятый запах, и тепло, и про Эвана, который делал все, чтобы усилия Эмриса наладить отношения с Идель шли прахом, и про этого ссаного Эйвара Дайрсгау, который, видать, приехал поугрожать Железному и полапать Идель у всех на виду!

Крейг, слушая, странно гыкнул.

Так, что надулись щеки. Эмрис лишь на миг осекся, бросив на подчиненного пробивающий насквозь взор суженных глаз. Крейг постарался сделать вид, что и не думал смеяться. Еще бы! Шутки сейчас – как личное признание в покушении на императора на главной столичной площади, билет в один конец на тот свет.