Невеста принца и волшебные бабочки

Верный признак, давно пора отдохнуть. В этот момент девушка обернулась, и в её глазах что-то мелькнуло. Боль вперемешку с обидой?

«Пожалуй, стоило быть тактичнее. На истеричку она, и впрямь, непохожа».

Лишь титаническое усилие воли позволило прогнать накатившую от едва сдерживаемого оборота дурноту. В голове слегка прояснилось, и Верд отчего-то вспомнил увиденное в первое мгновение, после того, как оказался здесь.

Раненый Шардо. Рядом на земле скучковались девушки. Вокруг парни, все – напуганные так, что их страх молотом бил по обонянию.

Напуганные, но полные решимости. Ребята были готовы сражаться, защищая остальных.

«Эх, бедняги! Интересно, они осознавали, что у них не было ни единого шанса выжить? Пожалуй, лично прослежу, чтобы всех приняли» – Аллакири уважал смелость.

Выделялась маленькая хрупкая фигурка в одном ряду с парнями, и это показалось неправильным до противоестественности. Наверное, поэтому, когда зачарованные культистами звери набросились со всех сторон, он, не оборачиваясь, прошёл тенями, чтобы защитить именно её, и лишь долей мгновения позже, выходя из теней, понял, что перед ним Раал’гар.

Да еще и умудрился уложить страшного хищника с одного удара.

Горячка боя, которая сегодня не успевала затихнуть в крови, напрочь отбила хорошие манеры. Было всё равно, кого он, спасая, грубо толкает к проходу в защитном периметре. Лишь позже, ощутив на руках липкую влагу, почуял тот самый особый запах, он понял свою оплошность. А потом снова стало не до того.

Разведчики вернулись ни с чем, вдобавок, один пропал. Верд сам рыскал волком до глубокой ночи, пока не нашёл труп. Но следы отряда культистов будто растворились.

Позже, едва волоча ноги Теневой волк поднялся на свой ярус. Он из последних сил сдерживал внутреннего зверя, который, почуяв слабость хозяина, рвался наружу, вынуждавшего обернуться. Хотелось кричать, но даже если бы Верд решил позволить себе подобную роскошь, то и на это не было сил. Татуировка на шее не сияла, а полыхала так, что освещала половину тёмного холла.

Ощущения, мягко говоря, не из приятных. Всё равно, как если бы жгли огнём. Об этом, впрочем, Верд знавал не понаслышке.

Вот она его ветвь, но сначала стоило передохнуть... Он устало прислонился к стене и медленно сполз на пол. Тут-то его и обнаружил Ханимус Каррэ. Субтильный с виду, он перекинул его руку через плечо и помог подняться. Проводив в комнату, сгрузил на кровать.

Первым делом ректор его накормил.