Море волнуется три...

Конечно, я сразу поняла, о каком визите он говорит, но по неизвестной причине меня это не особенно тронуло. Даже в груди не кольнуло. Эллару я не помнила и даже не подозревала о ее существовании. Гутя никаких нежных чувств к родителям мне не привила, так что единственное, о чем я подумала, было: "Как непросто, должно быть, каждый раз осваиваться в новой обстановке, да еще и искать кого-то, кто в ней чувствует себя, как рыба в воде".

Сила, которую активировала в нем Великая Праматерь, конечно, помогала, но я подозревала, что обычная человеческая растерянность загадочному Ловцу Кемстеру Джехену тоже была не чужда.

Ведь самой мне пришлось гораздо легче - опять же, Гертруда постаралась. А теперь меня ждал замок на морском берегу, который снился с детства. А еще Древняя Пуща, две старые ведьмы и князь-колдун, на старости лет внезапно ставший папой. Любопытно, не прихватило ли у него сердечко от таких новостей? Он, конечно, воплощение темных сил, но мало ли - по Гуте он вон сколько лет страдал! А Михаил как отреагировал? И не об этом ли возвращении в мой мир толковал доморощенный оракул? Тоже мне, провидец местечкового значения!.

Водитель негромко ругался на своем родном языке, пытаясь вклиниться в заведомо узкий для его машины просвет. Как там Ильтариэль, нашла своего ведьмака? И что по этому поводу думает Иммераль. А Фенрир? Вот это, пожалуй, стоило бы послушать!

Я с удивлением поняла, что скучаю. На самом деле скучаю по всем этим вломившимся в мою размеренную жизнь фольклорным персонажам! Кто бы мог подумать.

Мир, в котором я родилась, ходила в школу, училась в институте, работала уже начал казаться мне куда более сказочным и нереальным, чем тот, где гигантский говорящий волк - норма жизни, а не что-то, требующее медикаментозной коррекции. Покосилась на обнимающие меня за талию руки Ловца. Может, дело не в том, где ты находишься, а с кем?

Алекс скинул адрес банка и отписался, что проходит регистрацию на рейс.

А вот здание банка в готическом стиле, у которого нас высадил таксист, спровоцировало исключительно гомерический хохот с моей стороны и витиеватую тираду на наречии детей Океана со стороны Кемстера. Над входом гордо красовалась надпись на латинице "Деверель-Банк".