Академия боевых заклинаний

Винсен всегда берет от жизни все, что захочет. Я ему тепло улыбнулась и направилась развешивать другие сюрпризы для веселья. Ведь грандиозно надо отметить самый лучший и для преподавателей и студентов день — Праздник окончания учебного года!

***

Зал наполняли веселый шум голосов, смех, легкая игривая музыка. Радостные лица, улыбки и приподнятое настроение царило повсеместно, ведь наступил самый долгожданный день — окончание учебного года. А, значит, впереди отпуск, каникулы и время ничегонеделанья. Сотрудники и профессорско-преподавательский состав академии только приступили к пья… застолью и пока сидели чинно-мирно за длинными деревянными столами, покрытыми белоснежными накрахмаленными скатертями.

Выступил ректор Винсен Лазар с торжественной речью, все покивали, поаплодировали и выпили… Потом еще и еще, и вот теперь уже наши незамужние дамы пытались с веселыми криками сбить красные труселя, подвешенные к потолку! Ну, это незамужние дамы, а другие хотели получить мешок с конфетами — если достанется, то будет следующий учебный год сладкий.

Еще призом был кошелек, набитый мелочью — чтобы быть богатым.

И так наши дамы подпрыгивали старательно и высоко за этими красными труселями, оголяя ножки почти до самых бедер, что наши мужчины завороженно следили за взлетающими подолами их платьев. Вон многие даже закоренелые холостяки уже заблестели пьяно глазами, и чуть не облизывались на женщин. Но это они, конечно, зря. Охотницам за мужиками это как раз на руку — как сигнал для наступления на бедных холостяков.

Проснется утром такой мужик в постели с дамой, и даже не поймет, что в его предстоящем браке не он виноват, напившись, а красные труселя, которые дама заполучила в конкурсе.

— Пойдем, милая, — шепнул мне на ухо Винс, и взял за руку.

— Но еще будут конкурсы с мыльными пузырями и летающими тарелками! — возразила я. Тарелки да, летали, уже в конце, и об стену в основном. Было у нас так заведено, на счастье, так сказать, бить. И еще поорать вдоволь, а потом, обнявшись, уйти в закат на не шатких ногах.

Любили мы оторваться, ничто не скажешь. Ну а что? Работа у нас нервная, опасная и стресс снимать надо.

— Нам есть чем заняться, любимая, — лукаво подмигнул мне мой ректор, и я от такого, конечно, не смогла отказаться.

***

— М-м, как красиво! — разглядывала я браслет, что надел мне на руку Винс. Мы расположились на диване в гостиной, просторной, выполненной в светлых тонах и с окнами, через которые утром заглядывало солнце.