Чертовка в Академии магии

Я возлагаю надежды на письмо, но, увы, оно ничем не отличается от предыдущих. Лишь в последнем абзаце я нахожу относительно полезное.

Ринон делится ближайшими планами, пишет, что во вторник сдаст комнату, на два дня останется в столице, потому что у Дженны есть дела, а потом они вместе… Последнее письмо — косвенное доказательство, что Дженна была не только в курсе планов, но и дала согласие на поездку.

Мда, не нравится мне, что все зацепки так или иначе указывают на Дженну. Слишком подозрительно, нарочито. Или такое впечатление складывается из-за приторности писем? Дженна — единственная, о ком Ринон писал много.

Последний заход — я перечитываю письма и заношу в тетрадку отдельно имена, которых попадается едва ли штук пять. Ринон предпочитал отделываться безымянным «я с сокурсниками». Отдельно выписываю немногочисленные факты, которые удаётся наскрести.

Письмо со старого континента я оставляю на завтрак.

Да, я могу не спать ночь и держаться бодрячком, но зачем себя изматывать?

Я устраиваюсь на диване, ложусь на бок.

Лучше не думать, куда подкладывали диванную подушку, на неё я набрасываю свою куртку, а укрываюсь рукавом куртки чисто символически. И проваливаюсь в чёрный омут кошмара. Меня затягивает водоворот воды. То ли озеро, то ли болото — не понять. Берега стиснуты сочной непролазной зеленью, я бреду по колено в грязной мути. С трудом выдернув из ила ногу, поднимаю голову и вижу впереди красавец-лайнер. Корабль уверенно стоит на водной глади, но сбоку раздаётся хлюп, и корабль на глазах проваливается в бездну.

— Папа! — кричу я, рвусь вперёд.

Корабль проваливается ещё быстрее, но забирает с собой не всех. Папе удаётся не провалиться вслед за ним, а распластаться по поверхности.

— Помоги мне, — кричит невесть откуда взявшийся Ринон. Парень отчаянно взбивает зелёную ряску, то уходит под воду с головой, то выныривает, зовёт.

Почему он был на этом же корабле? Я понимаю, что что-то неправильно, но то, что это всего лишь сон, не осознаю.

А папа, хоть и не кричит, тоже тонет, долго ему не продержаться.

— Мирта, к берегу! К берегу! Спасай себя.

— Мирта Андрас, вы оставите их погибать? — возникает за моей спиной дознаватель.

— Помоги! — захлёбывается Ринон.

Папа молча скрывается под водой и ни через секунду, ни через три не выныривает.

С криком отчаяния я бросаюсь вперёд.

Сон разлетается осколками.

Я рывком сажусь на диване, протираю выступивший на лбу пот.

— Проклятье.

— Ох, Мирта, ты что-то сказала? — из спальни выглядывает мадам.