Только без глупостей!

Обувь на полках внизу.

Кивнув напоследок, он вышел, а я быстро облачился в нормальное нижнее бельё, светлую рубашку и чёрные штаны. Обрадовался, когда нашёл удобные сандалии.

Дико хотелось порвать в клочья снятые с себя ремни, но я себя осадил. Нельзя портить будущий подарок для госпожи Стайл. Она непременно оценит эту сбрую. На ком-нибудь другом.

Когда я вышел на улицу, карета уже стояла перед домом, но Авилика ещё не подошла. Соблюдая этикет, я не полез в карету первым, перед леди, а остался дожидаться снаружи.

И тут меня совершенно не вовремя заметил Пашерон…

Неадекватная крольчатина сложила в своей ушастой голове все кусочки мозаики: стоявшую возле усадьбы карету, меня и впряжённого коня.

Но прозябание в одиночестве совершенно не вписывалось в планы Пашерона. Не знаю, что ему вколола Ида Стайл, но в колодец он уже не нырял, а решил, что ему непременно нужно занять место коня у кареты.

Чёрный жеребец брыкался и сопротивлялся изо всех сил, кучер бегал с выпученными глазами и сдавленными криками, но Пашерон успешно перекусил все ремни и поводья и хорошо поставленным ударом задней лапой отправил несчастную лошадь в далёкий полёт на кусты.

Эту картину и застала вышедшая из дома Авилика.

Летящий мимо неё вверх ногами конь и победно вставшая перед каретой крольчатина произвели на госпожу сильное впечатление.

А я просто тихо стоял в сторонке, чтобы меня в очередной раз не обвинили в психологическом насилии над животным.

Трагически закатив глаза, госпожа обречённо махнула рукой:

– Ладно, запрягите Пашерона. Быстрее доедем.

Конюхи метнулись выполнять приказ, несколько слуг ринулись доставать жеребца из акации, и довольно скоро мы с Авиликой отправились в дорогу.

– Может, следовало взять с собой побольше людей? – выразил я свои сомнения, когда мы уже отъехали от поместья. – Вдруг в пути произойдёт что-то непредвиденное? У Паши снова помутится разум? Или нас атакуют разбойники?

– Ха, я бы на них посмотрела, – хихикнула Авилика, и я невольно залюбовался её улыбкой.

– У вас очень сильный дар, – признал я с искренним уважением.

– Спа… – не договорила она: Пашерон в очередной раз тряхнул нашу карету, и девушка опять прилетела в мои объятия.