Суженая для Тёмного. Попаданка из пророчества

— Лотта Шамье, пространственная магия перестала работать без малого пятьдесят лет назад. Очевидно, ваш дух слишком давно не появлялся в мире, иначе знал бы об этом.

Кахтул недоверчиво фыркнул, но препираться не стал.

Ну вот, значит, я никак не смогла бы унести золото мачехи...

— Хорошо, пусть так, — кивнула, радуясь, что мой странный попутчик, наконец, ответил хоть на какой-то вопрос, и решила ковать железо, пока горячо, — А почему вы пошли со мной? Вернее, с нами?

На этот раз Хэч не стал торопиться с ответом – он тщательно прожевал мясо, запил холодной водой из родника, который нашёл по дороге, ею же сполоснул руки и лишь тогда обратил внимание на меня.

— По-прежнему считаешь, что для того, чтобы помочь человеку, который нуждается в помощи, требуется веская причина?

Так и сказал — человеку. Не девушке, а человеку!

— То есть будь на моём месте кто угодно другой, ты бы не менее рьяно бросился на помощь?

То ли от удивления, то ли от возмущения, то ли от нежданно-негаданно проснувшейся, совершенно иррациональной обиды я аж на «ты» перешла.

Чёрные глаза мужчины как-то нехорошо сверкнули, и я заметила это предостережение, но уже не могла, да и не хотела остановиться — три дня непрерывной гонки без возможности выяснить хоть что-нибудь вымотали меня до предела.

Маг усмехнулся. Очень холодно и отстранённо.

— Тебя бы это расстроило?

Всё время отвечает вопросом на вопрос. Болван бесчувственный!

— Нет! — почти выкрикнула я, изо всех сил стараясь не потерять душевного равновесия.

Кахтул дёрнул меня за ногу, но я едва заметила его прикосновение.

— С ума сошла? Мы без него пропадём! — пропищал зверёк, демонстрируя чудеса логики.

Хэч же испытующе уставился на меня, будто просканировал не простым, а магически заряженным взглядом.

— Неведение мотивов чужого человека пугает больше темноты ночного леса и спрятавшихся в нём демонов, верно? Изволь, – он вдруг резко встал, подхватывая сумку, – Полагаю, ты и твой лохматый советчик и впрямь справитесь. Лёгкого пути, лотта Шамье.

И, не дожидаясь ответа, неслышно растворился во мраке.